«Я ЗНАЮ, НИКАКОЙ МОЕЙ ВИНЫ… Каждый талантливый писатель и поэт прежде всего сын своего народа и своей эпохи. Ярчайший пример тому — все творчество Александра Трифоновича Твардовского. Поэт идет в ногу со временем. Все происходящее в жизни страны нахо­дит отклик в его произведениях. Достоверность, правдивость, точность — отличительные черты поэзии Твардовского. Ярче всего они проявляются в поэмах «За далью — даль», «Васи­лий Теркин», в стихотворениях «Я убит подо Ржевом», «В тот день, когда окончилась война». Правда жизни пронизыва­ет все его творчество, она — живой родник, из которого пита­лась поэтическая мощь А. Твардовского.

«В тот самый час воскресным днем…». Надолго остался в памяти людей тот самый воскресный день 22 июня 1941 года, когда:

…с нещадной силой Старинным голосом война По всей стране завыла…

Поэт сам находился в гуще военных событий и хорошо знал все то, о чем писал в своих произведениях. Чувство веч­ного обязательства живых перед павшими, ощущение себя в них, а их в себе, невозможность забвения всего происшедшего заполняло душу Твардовского не только во время войны, но все послевоенные годы. Поэт говорил: «Постоянное сознание того, что я жив, я пришел с войны живой и здоровый. Но скольких я недосчитываюсь… Это была часть меня. И я с ними что-то утерял». Эта мысль красной нитью проходит в стихот­ворении «В тот день, когда окончилась война».

…К вам, наравне с живыми, голос свой

Я обращаю в каждой песне новой…

…Вы часть меня с собою унесли

С листка армейской маленькой газетки…

Стихотворение «Я убит подо Ржевом» явилось голосом всех павших во время войны, всех, кого уже нет среди нас, но па­мять о которых жива. В основу этого стихотворения легли вос­поминания поэта о поездке под Ржев осенью 1942 года, когда там шли жестокие кровопролитные бои. Впечатления этой по­ездки были одними из самых удручающих и горьких до боли в сердце за всю войну. Стихотворение написано от первого лица. Эта форма показалась Твардовскому наиболее соответствующей идее стихотворения — единства павших и живых.

Горестный монолог воина, повествующего о собственной гибели, достигает наивысшего накала в таких строках.:

И у мертвых, безгласных,

Есть отрада одна:

Мы за родину пали,

Но она — спасена.

В этих и последующих строках личное «я» сменяется обоб­щенным «мы»: «наши очи померкли», «Недаром боролись мы за родину-мать». Погибший солдат видит себя лишь «части­цей народного целого», его волнует все, что свершилось по­том, после него, Он выражает надежду на то, что «исполнится слово клятвы святой».

Пусть не слышен голос, —

Вы должны его знать.

Это стихотворение-завещание в первоначальных издани­ях так и называлось: «Завещание воина». Погибшие завеща­ют потомкам сзято беречь свою родину:

Завещаю в той жизни

Всем счастливыми быть

И родимой отчизне

Счастью дальше служить.

«В тот день, когда окончилась война» касается той же темы, что и “Я убит подо Ржевом”. Она четко сформулирована в одной строке: «Живые вам бесконечно должны»,

Так же, как и А. Твардовский, думали многие поэты. Их снедала тоска и боль при мысли о безвозвратно ушедших в небытие» В сердцах многих звучит протест: нельзя допустить, чтобы обесценивалась человеческая жизнь,

Поэт обращает к нынешнему и всем грядущим поколени­ям строки, полные великой надежды и любви к человеку:

Прошла война, прошла страда,

Но боль взывает к людям:

Давайте, люди, никогда Об этом не забудем.