«Я ЗНАЮ, НИКАКОЙ МОЕЙ ВИНЫ,». Каждый талантливый писатель и поэт прежде всего сын своего народа и своей эпохи. Ярчайший пример тому — все творчество Александра Трифоновича Твардовского. Поэт идет в ногу со временем. Все происходящее в жизни страны находит отклик в его произведениях.

Достоверность, правдивость, точность — отличительные черты поэзии Твардовского. Ярче всего они проявляются в поэмах «За далью — даль», «Василий Теркин», в стихотворениях «Я убит подо Ржевом», «В тот день, когда окончилась война». Правда жизни пронизывает все его творчество, она — живой родник, из которого питалась поэтическая мощь А. Твардовского.
«В тот самый час воскресным днем…». Надолго остался в памяти людей тот самый воскресный день 22 июня 1941 года, когда:
…с нещадной силой Старинным голосом война
По всей стране завыла…
Поэт сам находился в гуще военных событий и хорошо знал все то, о чем писал в своих произведениях. Чувство вечного обязательства живых перед павшими, ощущение себя в них, а их в себе, невозможность забвения всего происшедшего заполняло душу Твардовского не только во время войны, но все послевоенные годы. Поэт говорил: «Постоянное сознание того, что я жив, я пришел с войны живой и здоровый. Но скольких я недосчитываюсь… Это была часть меня. И я с ними что-то утерял». Эта мысль красной нитью проходит в стихотворении «В тот день, когда окончилась война».
…К вам, наравне с живыми, голос свой Я обращаю в каждой песне новой…
…Вы часть меня с собою унесли С листка армейской маленькой газетки…
Стихотворение «Я убит подо Ржевом» явилось голосом всех павших во время войны, всех, кого уже нет среди нас, но память о которых жива. В основу этого стихотворения легли воспоминания поэта о поездке под Ржев осенью 1942 года, когда там шли жестокие кровопролитные бои. Впечатления этой поездки были одними из самых удручающих и горьких до боли в сердце за всю войну. Стихотворение написано от первого лица. Эта форма показалась Твардовскому наиболее соответствующей идее стихотворения — единства павших и живых.
Горестный монолог воина, повествующего о собственной гибели, достигает наивысшего накала в таких строках:
И у мертвых, безгласных,
Есть отрада одна:
Мы за родину пали,
Но она — спасена.
В этих и последующих строках личное «я» сменяется обобщенным «мы»: «наши очи померкли», «Недаром боролись мы за родину-мать». Погибший солдат видит себя лишь «частицей народного целого», его волнует все, что свершилось потом, после него. Он выражает надежду на то, что «исполнится слово клятвы святой».
Пусть не слышен голос,—
Вы должны его знать.
Это стихотворение-завещание в первоначальных изданиях так и называлось: «Завещание воина». Погибшие завещают потомкам свято беречь свою родину:
Завещаю в той жизни
Всем счастливыми быть
И родимой отчизне
Счастью дальше служить.
«В тот день, когда о кончилась война» касается той же темы, что и «Я убит подо Ржевом». Она четко сформулирована в одной строке: «Живые вам бесконечно долиты».
Так же, как и А. Твардовский, думали многие поэты. Их снедала тоска и боль при мысли о безвозвратно ушедших в небытие. В сердцах многих звучит протест: нельзя допус¬тить, чтобы обесценивалась человеческая жизнь.
Поэт обращает к нынешнему и всем грядущим поколениям строки, полные великой надежды и любви к человеку:
Прошла война, прошла страда,
Но боль взывает к людям:
Давайте, люди, никогда Об этом не забудем.