1. Исторические особенности периода.

2. Тема «пророческого» предназначения поэта.

3. Взаимоотношения поэта и общества в лирике.

Взгляд на задачи поэта и роль поэзии в лирике А. С. Пушкина 1826—1831 годов. Как известно, 14 декабря 1825 года на Сенатской площади в Петербурге произошло восстание декабристов, которое было подавлено правительственными войсками. Незадолго до восстания скончался император Александр I, и на престол взошел его брат Николай. А. С. Пушкин в это время находился в ссылке в селе Михайловском. Воцарение нового императора, с одной стороны, внушило поэту надежду на возвращение из ссылки, с другой же, Пушкин сочувствовал декабристам, со многими из которых находился в дружеских отношениях. Хорошо известны были вольнолюбивые стихи писателя, которые легко можно было истолковать в духе декабристских идей, так что положение поэта оставалось весьма неопределенным до осени 1826 года, когда состоялась личная беседа с царем. Николай I, который высоко оценил творческий гений Пушкина, взял на себе цензуру произведений поэта. Естественно в ответ Пушкин обязался проявлять определенную сдержанность по отношению к новой власти. Однако Пушкин не отказался от сочувственного отношения к декабристам, наоборот, он надеялся, что благожелательность монарха к его творчеству поможет облегчить участь друзей. Особенности пушкинской общественной позиции в этот период времени привели к интересному явлению в его творчестве, а именно: стихотворения, проникнутые духом гражданственности, соседствуют со стихами, в которых поэт провозглашает свободу творчества от злободневных тем. Остановимся на некоторых стихотворениях 1826— 1831 годов, посвященных теме предназначения поэта, его взаимоотношений с обществом. Пожалуй, одним из самых известных стихотворений Пушкина является «Пророк», который был написан 8 сентября 1826 года по пути из Михайловского в Москву, то есть непосредственно накануне аудиенции у императора Николая I.

Основой сюжета «Пророка» стали мотивы Ветхого Завета (из книги пророка Исайи). Однако библейские образы в интерпретации Пушкина обрели новое звучание. «Духовная жажда», которую испытывает лирический герой стихотворения, «пустыня» и «перепутье» — не символическое ли это обозначение собственных сомнений и поисков? А ведь известно, что сомнения духовного характера были весьма значимыми в жизни Пушкина: в разные периоды жизни менялось его отношение к Богу и религии, что нашло отражение и в творчестве поэта. «Шестикрылый серафим», посланный Богом, вносит в мировосприятие лирического героя преобразования, которые Пушкин также описывает, используя символические образы. Эта подготовка к пророческому служению лирического героя играет важную роль в понимании сущности поэзии. Сам по себе, без благословения и дара свыше, человек не способен преодолеть привычные границы восприятия действительности. Он лишь может смутно томиться «духовной жаждой» истины, но его язык остается «празднословным и лукавым». Мотив страдания, звучащий в стихотворении («и вырвал грешный мой язык», «и он мне грудь рассек мечом»), также не случаен. Автор стремится подчеркнуть, что пророк и поэт, предназначение которого родственно пророческому, обретают силу для своего служения после того, как пройдут через определенные испытания. Однако главным в служении поэта и пророка остается божественное призвание, без которого они «как труп в пустыне». «Бога глас» дает своему избраннику недвусмысленное задание:

Восстань, пророк, и виждь, и внемли,

Исполнись волею моей,

 

И, обходя моря и земли,

Глаголом жги сердца людей.

Итак, общественное служение является прямым исполнением воли Бога, то есть главной задачей поэта, в данном стихотворении облеченного в библейские одеяния ветхозаветного пророка.

И братья меч вам отдадут.

Друзья не могли не отвечать Пушкину такой же преданностью и любовью. Именно поэтому он всегда находился среди людей. Даже его ссылка не являлась препятствием для дружеского общения. В стихотворении «И. И. Пущину» он пишет:

Мой первый друг, мой друг бесценный!

И я судьбу благословил,

Когда мой двор уединенный,

Печальным снегом занесенный,

Твой колокольчик огласил.

Постепенно Александр Сергеевич несколько переосмысливает для себя понятие дружбы. Дружеские отношения, по мнению поэты, должны не только приносить радость, но и поддерживать человека в его гражданской позиции по отношению к отечеству и долгу:

Пока свободою горим,

Пока сердца для чести живы,

Мой друг, отчизне посвятим

Души прекрасные порывы!

Таким образом, он призывает Чаадаева придерживаться определенной гражданской позиции не только как россиянина, дворянина и благородного человека, но и как своего верного друга. Тема дружбы постепенно сливается в творчестве Пушкина с темой любви и тайной свободы, причем дружеская беседа становится залогом той самой свободы.

 

Пора, пора! Душевных наших мук

Не стоит мир; оставим заблужденья!

Сокроем жизнь под сень уединенья!

Я жду тебя мой запоздалый друг.

По мнению Александра Сергеевича, дружеские чувства не могут зависеть от каких-либо политических событий, поскольку только от человека зависят его взаимоотношения с окружающими людьми. Пушкин на всю жизнь остался лицеистом, тогда как кто-то становился сенатором, писателем или профессором. Лицей воспринимался поэтом в качестве своеобразного воплощения приюта для искусства, поэтому поэт уже не мог предать его. Наоборот, он старался вовлечь молодое поколение в волшебное творчество. Поэтому Царское село не просто место, где он получал знания, а целый мир, где получает дружескую поддержку и покой изболевшаяся душа:

Друзья мои, прекрасен наш союз!

Он, как душа, неразделим и вечен —

Неколебим, свободен и беспечен,

Срастался он под сенью дружных муз.

Куда бы нас не бросила судьбина

И счастие куда б не повело,

Все те же мы: нам целый мир чужбина;

Отечество нам Царское Село.