«И все-таки узнают голос мой…» Всемирно известная поэтесса Анна Ахматова прожила большую жизнь. Более полувека она бескорыстно служила отечественной литературе. Путь ее был нелегок и непрям. Вспомним, что писала она главным образом в наше время,

а работать начала до революции, да еще в среде той части русской интеллигенции, которая не только не приняла сразу Великую Октябрьскую революцию, но и оказалась по другую сторону баррикад. Судьба уготовила Ахматовой нести на своих плечах и бремя славы и тяжесть отчаяния. Не нужно закрывать на это глаза. Тем более, что она сама в тяж¬кую пору признавалась:
А я иду — за мной беда,
Не прямо и не косо,
А-в никуда и в никогда,
Как поезда с откоса.
Но сегодня, когда пытаешься окинуть мысленным взором путь поэта, отчетливо видишь: он был ни чем иным, как восхождением, восхождением не только к вершинам творчества, но и к своему читателю.
Как понимание поэзии требует особого душевного состояния читателя, так и жизнь ставит самого поэта в обстоятельства, когда он может с наибольшей полнотой выразить самое заветное, то, что навсегда определит его лицо. Хочется вспомнить об Ахматовой «во дни торжеств и бед народных», о гражданственности ее поэзии, ее национальном, русском характере. Более чем на полувековом пути у Анны Ахматовой всегда было два надежных посоха. Это непоколебимая вера в свой народ и личное мужество. Державин и Некрасов, Пушкин и Лермонтов — это истоки творчества молодой поэтессы. Великие русские поэты помогли ей счастливо избежать модных новаций.
В вихревом 1917 году, когда произошла ломка привычных для круга Ахматовой представлений о жизни и предназначении поэта, она осталась со своей Россией, разоренной и окровавленной, голодной и выстуженной, но по-прежнему родной. Именно об этом Ахматова говорит в стихотворении-ответе тем, кто пытался переманить ее в свой злобный стан:
Мне голос был. Он звал утешно.
Он говорил: «Иди сюда,
Оставь свой край глухой и грешный.
Оставь Россию навсегда.
Я кровь от рук твоих омою,
Из сердца выну черный стыд,
Я новым именем прикрою Боль поражений и обид».
Но равнодушно и спокойно Руками я замкнула слух,
Чтоб этой речью недостойной » Не осквернился скорбный дух.
Так она писала в 1917-м.
Это же повторила в 1922-м:
Не с теми я, кто бросил землю На растерзание врагам.
Их грубой мести я не внемлю,
Им песен я своих не дам.
С быстротой молнии по бескрайнему фронту Великой Отечественной войны разнеслось ее стихотворение «Мужество»:
Не страшно под пулями мертвыми лечь,
Не горько остаться без крова,—
И мы сохраним тебя, русская речь,
Великое русское слово.
Свободным и чистым тебя пронесем,
И внукам дадим, и от плена спасем Навеки!
Во время войны Анна Андреевна, как никогда прежде, остро почувствовала себя слитой с народом:
Как в первый раз я на нее На Родину глядела.
Я знала: Это все мое —
Душа моя и тело.
Мы привычно называем Анну Ахматову лириком. Лири¬ком она была особым, можно сказать, лириком трагедийного письма. Она шла к постижению истины, к самораскрытию, не щадя себя. Каким же запасом прочности должно обладать сердце, чтобы после самых тяжких испытаний сказать самой себе: «Надо снова научиться жить». И она училась, училась, училась, оставаясь наедине с чистым листом бумаги.
В прошлое давно пути закрыты,
И на что нам прошлое теперь?
Что там? — окровавленные плиты,
Или замурованная дверь,
Или эхо, что еще не может
Замолчать, хотя я так прошу…
С этим эхом приключилось то же,
Что и с тем, что в сердце я ношу.
Поэт Анна Ахматова прошла долгий и трудный путь. Многое не сбылось, многое не удалось. Впрочем мы поэтов судим по тому, что они нам оставили. Наследие Анны Ахматовой богатейшее, и мы снова и снова будем возвращаться к написанному ею, чтобы лучше понять бег нашего стремительного времени.