ВРЕМЯ И ПОЭТ. Эпоха, в которую началась литературная деятельность Николая Алексеевича Некрасова, практически целиком оп­ределила характер его творчества. Свободное личностное самовыражение — смысл и цель искусства — уходило на вто­рой план; на первом оказались проблемы социальные. В са­мом главном и, казалось, незыблемом происходила подмена: искусство становилось не целью, а средством. Оно было, по выражению позднейшего поэта, «мобилизовано и призвано» на службу обществу.

Среди проблем, которыми в то время была «богата» Рос­сия, острейшей, давным-давно назревшей воспринималась необходимость освобождения народа от крепостной зависи­мости. Здесь переплелись и нравственный, и. экономичес­кий, и социальный аспекты; с каждым годом узел затяги­вался все туже, груз нерешенных проблем становился все тяжелее — и тормозил развитие страны.

Борьба за обездоленных — эта гуманная цель придава­ла всей жизни высокое значение, осознание грандиозности совершаемого вносило ощущение полноты бытия и счастья. «Новые люди», демократы — целое поколение — ощутили историческое предназначение. Они были бесконечно рады са­мой возможности что-то сделать для своего народа: необходи­мость трудиться на благо нации они ощущали как счастье.

Их призвали, они почувствовали востребованность. Главным и единственным для них становится служение, которое забирает человека целиком, не оставляя времени и сил на част­ную, обычную человеческую жизнь.

В литературе на место «лишнего человека», «страдающего эгоиста» приходит человек поступка, делающий жизнь собс­твенными руками, творящий ее. Он Зависит не от сложив­шихся помимо его воли исторических обстоятельств, а толь­ко от самого себя. Это дает ему огромную свободу, но в то же время налагает огромную ответственность за все, что про­исходит вокруг.

Такой идеал избрал Некрасов. Он был человеком одержи­мым и страстным. Всю жизнь отдал служению гуманистиче­ской идее, взял на себя роль народного защитника — и это ста­ло его «пожизненным амплуа». Лирика Некрасова — особая, непривычная для современного читателя, часто не люби­мая им. Это понятно и даже вполне естественно. Ведь в ли­рике принято постоянно искать поэтических откровений, описания душевных переживаний, но никак не социологи­ческих экскурсов в тяжелый народный быт. Некрасов был

блистательным лириком, автором замечательных любовных элегий, но в его читательской судьбе роковую роль сыграла школьная программа, которая в угоду царствовавшей идео­логии поставила его в один ряд с поэтами-«революционера­ми» вроде Демьяна Бедного, «по социальному заказу» риф­мовавшему партийные лозунги.

Некрасов, как и Пушки, явился в свое время новатором в области поэтического содержания и формы. Он расширил границы поэзии, посчитав, что ее объектом может стать лю­бой предмет, любое чувство или ощущение. Среди его сов­ременников не было равнодушных читателей. И признавая приоритетность социальной темы для творчества Некрасова мы не можем не видеть, что это лишь одно из направлений его творчества: главное, но не единственное.

Истинный талант открывает всегда нечто новое в привыч­ном мире наших чувств, мыслей, взаимоотношений с людь­ми и природой. Некрасов своим творчеством стремится не только поставить знак социального равенства между благопо­лучными и униженными, но и открыть людям глаза на всю глубину униженности крестьянства; утверждал, что каждый элемент народного бытия куда достойней поэтического сло­ва, чем традиционные объекты литературы. И поэтому так огромно влияние Некрасова на русскую культуру XIX и осо­бенно начала XX веков — его темы нашли отзвук в творчес­тве многих наших поэтов.