Вклад В.Г. Белинского в развитие русской литературы.В.Г. Белинский известен нам как замечательный критик, как пуб­лицист, как сотрудник известнейших журналов.

Вся его деятельность отличалась некоторой революционной направ­ленностью; еще в юности он сформулировал для себя принцип, по ко­торому в дальнейшем, уже став известным критиком, он оценивал про­изведения, — это народность литературы. Он проявлял повышенную требовательность к анализируемым произведениям, ему мало было изоб­ражения простонародных сцен из жизни «низших слоев», он жаждал увидеть «целую идею народа».

Еще будучи совсем юным и неопытным, он, однако, уже делал за­метки, в дальнейшем признанные именитыми критиками. Так, Белин­ский отметил, что Жуковский и Батюшков являлись своеобразными учителями, предвестниками появления Пушкина.

Белинскому принадлежит заслуга первого деления литературы на идеальную и реальную, воссоздающую жизнь «во всей наготе и истине», то есть наметил главное расхождение романтического и реалистическо­го принципов. Он считал, что литература развивается в сторону реализ­ма; он выделил четыре главных признака художественности: простота вымысла, истина жизни, народность, оригинальность, и все эти призна­ки он обнаружил в творчестве Н.В. Гоголя.

Самым большим трудом Белинского, пожалуй, с уверенностью мож­но назвать цикл из 11 статей, посвященных творчеству Пушкина, — «Со­чинения Александра Пушкина». Здесь содержится наиболее полный на то время критический анализ литературы от Ломоносова до Пушкина, отдельно две статьи посвящены «Евгению Онегину». Белинский отме­чает, говоря о поэзии этого автора, что у него преобладали дружеская и любовная лирика, которые являлись, по его мнению, основным смыс­лом его существования. Он подчеркивает, что чувства лирического ге­роя Пушкина отличались от чувств обычного человека, поскольку это было отражение мировоззрения художника и артиста. Он отмечал вос­питательный характер его лирики, говоря, что она «проникнута…дей­ствительностью», видел ее «истинную красоту».

Романом «Евгений Онегин» Белинский открыто восхищался, и, несмотря на это, критический разбор данного произведения вполне объективен. Он отметил главную особенность романа: «…в «Онегине» мы видим поэтически воспроизведенную картину русского общества, взятого в одном из интереснейших моментов его развития». Читая статьи Белинского, мы многое узнаем и о самом авторе — он, несом­ненно, широко образованный и интеллектуальный человек, знако­мый со многими работами других писателей и критиков. Так, он в статье «Евгений Онегин» соглашается с любимым им Гоголем, сказав­шим: «Истинная национальность состоит не в описании сарафана, но в самом духе народа».

Белинский полемизирует в статье и с другими критиками, взволно­ванно протестуя против мнения о том, что Онегин — холодный эгоист. «Это уже значит — имея глаза, ничего не видеть». Автор подмечает и любуется недюжинной натурой Онегина, его умом, его переменой в конце романа — любовью к Татьяне, ярко выразившейся в письме к ней. Кроме характеров персонажей, через эту статью мы можем судить и о характере самого автора: ему была чуждо и неприятно отсутствие дви­жения, он не прощал никому бездеятельности, «…силы этой богатой натуры остались без приложения, жизнь без смысла, а роман без конца». Таким образом, Белинский провел параллель между композиционным приемом открытого финала и судьбой героя.

Критик освещает в статье все возможные аспекты анализа произве­дения. Он говорит и о художественной красоте языка, и о развитии са­мого поэта, просматриваемом в ткани повествования, называет «Евге­ний Онегин» «энциклопедией русской жизни», и это определение проч­но вошло в русскую литературу.

Белинский посвятил отдельную статью и другому произведению, в котором присутствует образ «лишнего человека» — роману «Герой наше­го времени» М.Ю. Лермонтова. Опять же вступая в спор с некоторыми критиками, Белинский защищает Печорина, доказывая, что причина его поведения — вовсе не эгоизм, поскольку эгоизму не присущи обвинение себя, нравственные мучения. Он защищает, но не оправдывает, делая это со свойственным ему оптимизмом: «Его [Печорина] во многих отноше­ниях дурное настоящее — обещает прекрасное будущее».

Кроме того, Белинский приводит в своей статье очень обстоятель­ное сопоставление Печорина и Онегина, отмечая, что Печорин явился как бы продолжением судьбы Онегина.

Все тот же он иль усмирился?

. Иль корчит так же чудака?

Скажите, чем он возвратился?

Что нам представит он пока?

Ответом на все эти вопросы, заданные в «Евгении Онегине», Белин­ский видел Печорина.

Еще один своеобразный «герой своего времени», подвергшийся кри­тическому анализу Белинского, — это Чацкий в комедии А.С. Грибое­дова «Горе от ума». Ее критик выделяет как произведение «могучее», объясняя непопулярность комедии в момент ее выхода тем, что совре­менники состояли в основном из людей прошлого века. Но Чацкого он не считает мыслителем нового времени, этот герой получает у критика весьма нелестные определения, вроде «полоумный», «крикун, фразер, идеальный шут». Белинский отрицает заслугу Грибоедова в создании образа умного человека в противоречии с обществом (что было задум­кой автора), так как, по его мнению, образа умного человека-то и не по­лучилось. Также он отрицает наличие идеи в комедии, а, соответствен­но, и раскрытия характеров.

Подводя итог своим рассуждениям, Белинский утверждает, что «Горе от ума» — не комедия, а сатира. Он ставит ее выше комедий Фонвизина, но ниже «Ревизора».

Приведенные выше примеры критического анализа Белинским про­изведений говорят о том, что он умел как возвысить, восхвалить, так и осудить творения писателей. Его заслуги в истории русской критики и влияние на развитие данного жанра в литературе, несомненно, очень велики, а его основные работы стали программными в изучении твор­чества русских писателей XX в.