Стихотворение «Тучи» было написано М.Ю. Лермонтовым в доме Карамзиных в день отъезда его в кавказскую ссылку в 1840 году. Там собрались друзья поэта, чтобы попрощаться с ним перед разлукой. Лермонтов писал стихотворение, стоя у окна и глядя на тучи, плывшие над Фонтанкой и Летним садом.

Стихотворение построено на сопоставлении судьбы лиричес­кого героя и судьбы «вечных странников» — тучек. Стиль его — романтический, жанр — соединение элегии с романсом. В сти­хотворении присутствует пейзаж, плавно переходящий в фило­софскую медитацию.

В первой строфе поэт обращается к тучам, сравнивая и сбли­жая себя с ними:

Тучки небесные, вечные странники!

Степью лазурною, цепью жемчужною

Мчитесь вы, будто как я же, изгнанники

С милого севера в сторону южную.

Во второй строфе поэт размышляет о судьбе странника, о том, что стоит за ней. Горестные раздумья облекаются здесь в форму риторических вопросов:

Кто же вас гонит: судьбы ли решение?

Зависть ли тайная? злоба ль открытая?

Или на вас тяготит преступление?

Или друзей клевета ядовитая?

И мы понимаем, что здесь поэт говорит о себе, о своей судьбе, о своем одиночестве, о неверных, ненадежных друзьях.

В третьей строфе использован принцип антитезы: тучи про­тивопоставлены поэту. Они бездушны, не имеют Родины, страс­ти и страдания чужды им. Поэт же имеет Родину, в сердце его живет любовь к ней, привязанность, тоска. Он живой человек, обреченный на страдания и страсти. Таким образом, человек здесь противопоставлен миру природы.

Стихотворение написано четырехстопным дактилем. Поэт использует различные средства художественной выразительнос­ти: эпитеты («степьюлазурною», «цепью жемчужною», «клевета ядовитая»), олицетворение («Тучки небесные, вечные странни­ки!»), метафору и риторический вопрос (вторая строфа).

Произведение мы можем рассматривать в контексте роман­тических и философских размышлений поэта об одиночестве, судьбе, странниках — таких стихотворений, как «Утес», «На се­вере диком стоит одиноко…», «Листок», «Парус». Стихотворе­ние вызвало восхищенную оценку В.Г. Белинского: ««Ветка Па­лестины» и «Тучи» составляют переход от субъективных стихот­ворений нашего поэта к чисто художественным. В обеих пьесах видна еще личность поэта, но в то же время виден уже и выход его из внутреннего мира своей души в созерцание «полного славы творенья». <…> Вторая пьеса — «Тучи» — полна какого-то отрад­ного чувства выздоровления и надежды и пленяет роскошью по­этических образов, каким-то избытком умиленного чувства».