Сказка — ложь, Да в ней намек…
А.   С. Пушкин
Басни Ивана Андреевича Крылова сопровождают нас с самого детства. Одни из первых басенных обра­зов, с которыми знакомимся в юном возрасте, — глу­пая ворона и хитрая лисица из басни «Ворона и Ли­сица». Льстивые слова рыжей плутовки мы помним наизусть: настолько западают в душу читателя эти сказочные персонажи.

Еще при жизни Крылова его басни называли ска­зочками. Эти «сказочки» становились для детей по­учительными историями, а взрослые видели в баснях Крылова завуалированную сатиру. Баснописец доби­вался этого эффекта путем использования персона­жей — сказочных зверей. В качестве примера можно привести образ Лисы из басни «Ворона и Лисица» («Плутовка к дереву на цыпочках подходит; / Вертит хвостом, с Вороны глаз не сводит»), образ Осла из басни «Осел» («Что день, то / Снова Осел мой то же Зе­всу пел; / И до того он надоел…»). Хитрая лисица, уп­рямый осел, жадный и глупый волк, неуклюжий медведь — Крылов использует подобные образы не только для описания определенной ситуации, но и ее четкой характеристики.

Таким образом, эти архетипы становились неотъ­емлемыми описательными элементами любой басни Ивана Андреевича.

Однако персонажами басен Крылова становились не только звери. Немало в этих «сказочках» и обра­зов людей.

Например, в басне «Демьянова уха» главный ге­рой — мужик Демьян. И все же образы сказочных животных несут большую смысловую нагрузку, пото­му что являются наиболее удобными условными фи­гурами и создают необходимую для восприятия ото­рванность от реальности.

Для подтверждения этой мысли сравним две бас­ни — «Два мальчика» и «Слон и Моська». В первой ситуация определенна — два мальчика пытаются до­стать каштаны. При помощи Сени Федя залез на де­рево за каштанами, но с другом не поделился. Вторая басня уже в самом названии содержит намек на со­держание. В ней маленькая собачонка выказывает свою силу, лая на слона. «Слон и Моська» рассчита­на на субъективное трактование читателем образов персонажей и оценку ситуации, тогда как «Два маль­чика» дают однозначную авторскую оценку сложив­шейся ситуации.

В баснях Крылова не только звери, но и предметы обретают статус сказочности. Достаточно вспомнить ларчик, который «просто открывался». Звери и пред­меты становятся призмой для восприятия текста басен Крылова.

Персонажи из сказок Крылова имеют главное вол­шебное свойство: они не только смешат читателей, но и поучают, не обременяя. Казусные ситуации, в кото­рые попадают звери, ненавязчиво предлагают читате­лю дать оценку происходящему. В зависимости от возраста читательской аудитории интерпретация мо­жет быть неоднозначной. Так, например, в басне «Стрекоза и Муравей» дети жалеют стрекозу и руга­ют жестокого муравья, а взрослые осуждают легко­мысленность стрекозы и принимают позицию трудо­любивого муравья. Такая двойственность оценки помогает в воспитании неоднозначной оценки жиз­ненных ситуаций, учит человека во всем находить из­нанку.

Сказочные образы басен Крылова понятны и близ­ки во все времена широкому кругу читателей. Это не­удивительно — истоки творчества баснописца лежат в народных сказках, пословицах и поговорках.