С чего начиналась русская поэзия? За восемнадцатое столетие русская литература прошла очень слож­ный путь развития. В ней отразилось становление русской нации, она сама активно вмешивалась в политические, социальные и нравственные вопросы своего времени и стала мощным стимулом подъема националь­ной культуры, самосознания.

К середине XVIII в. можно отметить таких известных поэтов, как Ло­моносов, Тредиаковский, Сумароков. Их творчество представляет собой завершающий этап формирования такого направления, как классицизм. По своей сути он был просветительским, литература русского классициз­ма выдвигала требование просвещенного монарха во главе государства, она обличала тиранию самовластья (мы можем вспомнить, что подобные мотивы встречаются и у Пушкина, что говорит о непосредственном вли­янии XVIII в. на последующее развитие литературы).

Кроме того, заслугой классицизма можно считать создание образа нового человека, гражданина и патриота, убежденного в том, что «для пользы общества коль радостно трудиться».

«Исполинское развитие» (по словам Н.Н. Булича) русской литера­туры XVIII в. способствовало становлению тенденции к раскрытию пси­хологии человека, его внутреннего мира, духовного богатства. На сме­ну абстрактному «рационалистическому» человеку пришел весьма конк­ретная личность, с его переживаниями, заслуживающий внимания вне зависимости от своего социального положения. Авторы стали предпри­нимать попытки создать разносторонний характер, объединяющий в себе противоположные качества, как это бывает в реальной жизни. Так, например, изобразил Карамзин в «Бедной Лизе» Эраста. Если Лиза бе­зусловно добродетельна, чиста, то образ Эраста вызывает различные тол­кования. Совершив проступок, он обрекает себя на нравственные муче­ния. «Люди делают много зла — без сомнения — но злодеев мало; заблуж­дение сердца, безрассудность, недостаток просвещения виною дурных дел… Совершенные злодей или человек, который любит зло для того, что оно зло, и ненавидит добро для того, что оно добро, есть едва ли не дур­ная пиитическая выдумка, по крайней мере чудовище вне природы, су­щество неизъяснимое по естественным законам» (так писал сам Карам­зин в «Разговоре о счастье», 1797 г.).

Значение русской литературы XVIII в. не ограничивается тем, что она раскрывала наболевшие вопросы своего времени — она также стала основой для произведений XIX в. К числу писателей, внесших наиболее значительный вклад в развитие литературы нового века, относятся Фон­визин, Радищев, Карамзин, Державин, Крылов.

Имя Фонвизина неразрывно связано со становлением в драматур­гии жанра общественной комедии. Влияние его комедии «Недоросль» можно с легкостью проследить в «Горе от ума» Грибоедова и «Ревизоре» Гоголя. По справедливому замечанию критиков, в образе фонвизинского Стародума, радищевского Путешественника и грибоедовского Чацко­го отразилось самоутверждение личности, основанное не на эгоизме.

Трудно переоценить значение «Путешествия из Петербурга в Мос­кву» и оды «Вольность» Радищева. Автор мечтал об освобождении народа и, изучив отечественную историю, пришел к выводу, что интересы на­рода и монарха (пусть даже и просвещенного) никогда не совпадают. Эта тема нашла широкий отклик в творчестве поэтов и писателей XIX в.

Другую сторону русской истории показал нам Карамзин в много­томном труде «История государства Российского». Он старался показать положительную сторону самодержавия, но столкнулся с фактами, под­тверждавшими его негативное воздействие на народ, однако писатель был верен исторической правде и не умолчал об этом. «Сильные утес­няли слабых, наместники и тиуны грабили Россию как половцы».

Как справедливо отмечал Белинский, «Карамзин не одного Пушки­на — несколько поколений увлек окончательно своею «Историей госу­дарства Российского», которая имела на них сильное влияние не одним своим слогом, как думают, но гораздо больше своим духом, направле­нием, принципами».

Писатели XVIII в. раскрыли перед своими последователями широ­чайшие возможности для активного развития литературного творчества, показав разнообразие жанров, дав новую систему стихосложения, наме­тив основы для создания русского литературного языка, опираясь на его народность («ибо язык народа не безделка», по словам Сумарокова).