Революция глазами Б. Л. Пастернака. Восприятие революции Борис Пастернак отразил посредством образа своего героя Юрия Живаго в ро­мане «Доктор Живаго».

Еще до начала трагических событий Юрий Жива­го предчувствует будущие перемены в обществе. Так он говорит Ларе о грядущих переменах: «Скоро тут произойдет невообразимая свалка. Предотвратить ее не в наших силах». Она не верит: «Ничего не будет. Вы преувеличиваете». Герой, как и многие люди, наде­ется на перемены к лучшему: «И мы с вами живем в эти дни!.. Подумайте: со всей России сорвало кры­шу, и мы со всем народом очутились под открытым небом — Свобода!» Он стремится к свободе, которая от­крывает человеку новые горизонты, дает возмож­ность строить судьбу по-своему.

Живаго смотрит на революцию в общем масшта­бе. «Вчера я ночью митинг наблюдал. Поразительное зрелище, — говорит он Ларе. — Сдвинулась Русь-ма- тушка, не стоится ей на месте, ходит не находится, говорит. Сошлись и собеседуются звезды и деревья, философствуют ночные цветы, и митингуют камен­ные здания». Это стало возможным благодаря рево­люционным событиям. «Верность революции и восхи­щение ею» все больше овладевали героем.

Но со временем точка зрения Живаго на происхо­дящее начинает меняться: «Он считал себя и свою среду обреченными. Предстояли испытания, может быть, даже гибель». Революция пугает Юрия Жива­го, он ищет спасения в работе и семье. Но он не может не думать об общественных переменах, он осознает соб­ственную ничтожность в стихийном мире: «Он пони­мал, что он пигмей перед чудовищной махиной буду­щего».

Восхищение революцией у Юрия Живаго пока ос­тается, хотя он уже не чувствует себя причастным к ходу исторических событий.

Когда наконец Юрий Живаго сталкивается с ре­зультатами этих стихийных процессов, отношение к происходящему у него меняется окончательно.

«Доктор вспомнил недавно минувшую осень, рас­стрел мятежников, детоубийство и женоубийство Палых, кровавую колошматину и человекоубоину, которой не предвиделось конца. Изуверство белых и красных соперничали по жестокости, попеременно возрастая одно в ответ на другое, точно их перемно­жали».

Писатель пытается объективно оценивать сло­жившееся положение. Все больше становится понят­но, что цель не оправдывает средства ни с одной из враждующих сторон. Пролитая кровь не будет иметь оправданий. Юрий, побывав на войне, столкнулся с таким бессмысленным кровопролитием: «От крови тошнило, она подступала к горлу и бросалась в голову, ею заплывали глаза».

Стрельников старается убедить доктора, что тот никогда не поймет причины таких глобальных изме­нений: «Вам этого не понять. Вы росли по-другому. Грязь, теснота, нищета, поругание человека в труже­нике, поругание женщины. Была смеющаяся, безна­казанная наглость разврата, маменькиных сынков, студентов, белоподкладочников и купчиков».

Пастернак доказывает беспомощность человека перед стихией, которая ломает жизнь. Ее жертвами становятся почти все герои произведения. И здесь, кажется, неважно, на чьей стороне находится чело­век.

Важно, по Пастернаку, одно — не потерять соб­ственное «я» в водовороте истории.