Размышления Чичикова после бала. В системе образов поэмы особое место занимает Чичиков. Он и схож с другими действующими лицами (сам он и чиновник, хотя и бывший, и помещик), но в то же время отличается от всех. Это новое явление в русской жизни I половины XIX века — ещё не очень ясное, но, несомненно, тревожное. Гоголь говорил: «Спра­ведливее всего назвать его: хозяин, делец, приобретатель».

В гостиницу губернского города приезжает новый постоялец, «господин средней руки». Ничем не был он примечателен, да и внешность обыкновенная: «Не красавец, но и не дурной наруж­ности, не слишком толст, не слишком тонок, нельзя сказать, что­бы стар; однако ж и не так, чтобы слишком молод». Приезжий ин­тересуется в городе всем: чиновниками города и помещиками гу­бернии, их положением, доходами. Не правда ли, странное любо­пытство почтенного человека? Павел Иванович Чичиков приехал по своим надобностям (он скупает крестьян, но не живых, а мёртвых). На следующий день Чичиков делает визиты «сильным мира сего» — чиновникам города, затем знакомится с окрестными помещиками: «обходительным и учтивым Маниловым», «несколько неуклюжим» Собакевичем, «разбитным малым» Ноздрёвым, «про­рехой на человечестве» Плюшкиным. Благодаря тому, что Чичи­ков мог приспособиться к любому характеру, он быстро скупает «мёртвых душ». Не все поддались на уговоры Чичикова, но всё же ему удалось сделать дело.

Вернувшись в губернский город, Чичиков получает приглашение на бал. «Губернатор и бал — эти два слова обратились в синони­мы. Так уж заведено, и губернатор без бала кажется что-то стран­ное…», — писал Гоголь. Балы давались, по словам Собакевича, с целью приобрести «любовь и уважение со стороны дворянства».

Наш герой с удовольствием отправился на бал, не подозревая о неприятной неожиданности. Он беседовал с дамами, даже увлек­ся губернаторской дочкой, что было ему не свойственно. И вдруг Чичиков увидел Ноздрёва, который во всеуслышание рассказывал о покупке Чичиковым «мёртвых душ». «Эга новость так показалась странною, что все остановились с каким-то деревянным, глупо-воп- росительным выражением». Всё это расстроило героя и он, не дож­давшись окончания ужина, уехал домой. Приехав домой, Чичиков почувствовал тягость на душе. «Чтоб вас чёрт побрал всех, кто вы­думал эти балы!» — говорил он в сердцах. Он стал размышлять о том, что балы проводятся за счёт крестьянских оброков, благода­ря взяткам; в то время, когда в губернии неурожаи. Чичиков уве­рен, что «бал не в русском духе, не в русской натуре». «… после всякого бала точно, как будто какой грех сделал…» Чичиков пони­мал, что слово Ноздрёва уже как будто ничего и не значит, что «стра­нен человек: его огорчало сильно нерасположение тех самых, кото­рых он уважал… Но он не рассердился на себя, и был прав. Ибо «все мы имеем маленькую слабость немножко пощадить себя, а по­стараемся лучше приискать какого-нибудь ближнего, на ком бы вы­местить свою досаду…» Так и Чичиков нашёл ближнего. Им ока­зался Ноздрёв. «Вся родословная Ноздрёва была разобрана, и мно­гие из членов его фамилии сильно потерпели…»

Присмотримся к Чичикову в те моменты, когда он остаёт­ся наедине с самим собой. В нём есть и маниловская любовь к фразе, и мелочная скаредность Коробочки, и самовлюблён­ность Ноздрёва, и холодный цинизм Собакевича, и скопидом­ство Плюшкина.