Разговор Пилата с Афранием. Герой романа «Мастер и Маргарита» Понтий Пилат совершил настоящее злодеяние — осудил на смерть невинного человека, Иешуа Га-Ноцри. Совесть терза­ет прокуратора, он не может забыть о бродячем фило­софе. И, чтобы хоть как-то исправить свою ужасную ошибку, Пилат решает убить того, кто предал Ие­шуа, — Иуду из Кириафа.

Прокуратор вызывает к себе начальника тайной стражи — Афрания. Между героями происходит странный разговор. Напрямую договариваться о том, как совершить преступление, Пилат не может. Он зна­ет, что у стен дворца есть «уши» и за каждым его ша­гом, словом, жестом здесь следят. Поэтому прокуратор ведет себя так, как должен, в соответствии со своим по­ложением. Пилат предлагает Афранию отдохнуть и разделить с ним трапезу, потому что тот устал после трудной работы, промок под дождем и голоден. Обе­дая, герои поднимают чаши за кесаря, не только за се­бя — это обязательный ритуал, тем более в присут­ствии слуг. Даже оставшись наедине с Афранием, Пилат говорит только то, что имеет право сказать.

Прокуратор в первую очередь спрашивает о на­строении в городе, потому что в случае беспорядков вынужден будет остаться в Ершалаиме.

Именно последнее пугает его, а не климат и нравы горожан.

Перед тем как намекнуть на серьезное дело, про­куратору важно выразить чувство глубокого доверия начальнику своей тайной стражи: «Теперь я споко­ен, как, впрочем, и всегда спокоен, когда вы здесь». Афраний хорошо понимает Понтия Пилата.

Прокуратор очень осторожен. Он начинает беседу о главном — о казни, спрашивает, как вели себя осуж­денные, толпа. Афраний поведал Пилату, что Иешуа назвал трусость одним из главных человеческих поро­ков.

Пилат просит Афрания «немедленно и без всякого шума убрать с лица земли тела всех трех казненных и похоронить их в тайне и в тишине».

Прокуратор понимает, как он рискует, поэтому сулит Афранию значительное вознаграждение за ра­боту, в первую очередь карьерный рост. Ответ на­чальника стражи: «Я счастлив служить под вашим начальством, игемон» — служит сигналом к продол­жению беседы. Несколько небрежно и как бы невзна­чай подступает прокуратор к главному вопросу об Иуде из Кириафа.

Получив исчерпывающую характеристику, проку­ратор «оглянулся, нет ли кого на балконе, и потом сказал тихо: «…я получил сегодня сведения о том, что его <Иуду> зарежут этой ночью».

Афраний реагирует на эти слова особым взглядом: он все понял. После этого Пилат излагает подробнос­ти будущего преступления. В конце беседы Афранию остается лишь уточнить твердость намерений проку­ратора: «замь!сел злодеев чрезвычайно трудно вы­полним. Ведь подумать только… — выследить чело­века, зарезать, да еще узнать, сколько получил да ухитриться вернуть деньги Кайфе, и все это в одну ночь? Сегодня? »

Пилат повторяет, что, несмотря на все трудности, он не откажется от задуманного. «…Его зарежут се­годня… у меня предчувствие… Не было случая, что­бы оно меня обмануло, — тут судорога прошла по ли­цу прокуратора, и он коротко потер руки».

Афраний готов был исполнить все, что скажет игемон.

Итак, герои договорились. Последнее, что делает Пилат, — выдает «аванс» своему помощнику, обы­грывая эту ситуацию также очень искусно: «Ведь я вам должен!..»

Прощаясь с Афранием, прокуратор говорит ему, что ждет от него доклада «сегодня же ночью». Это на­мек на предстоящую встречу.

Разговор Пилата с Афранием становится одним из значительных эпизодов произведения.

Иносказательный характер беседы затрагивает важнейшую в романе тему противостояния личности несвободе. Сговор прокуратора с начальником тайной стражи утверждает пусть хрупкую, но победу свободы.