Проблема чести и человеческого достоинства. Пушкину всегда был свойственен интерес к истории (это видно из таких его произведений, как «Борис Годунов», «Арап Петра Великого», цикл «Маленькие трагедии», а также некоторых стихотворений), в каж­дый период своей жизни он изображал какие-то отдельные вехи. В 1836 г. было напечатано его итоговое, «прощальное» произведение — “Капитанская дочка”, это исторический роман. Несомненно, его можно назвать таковым, ведь в нем описаны события, реально происходившие в прошлом восстание Пугачева 1773—1775 гт. и его казнь кроме Пугачева присутствуют и другие исторические лица: Екатерина II, соратники представителя восставших — Хлопуша и Белобородов.

Кроме бунта, котрый, конечно, в романе является основным историческим  событием, встречаются упоминания о Смутном времени(Гришка Отрепьев), о  «кротком царствовании» Александра I; с рассказа о жизни Гринева читатель переносится в 70-е гг.XVIII в.; наконец, время написания, публикации записок. Действитель­но, ” Капитанская дочка” может быть полноправно отнесена к разряду исторических произведений. Но нельзя ограничиваться таким взглядом: роман, кроме того,, повествует и о жизни семьи Гриневых, в частности, Петра Гринева; ” Капитанская дочка” называется также романом воспита­ния.  Вообще в оценках жанра этого произведения чаще всего встречается определение «историко-нравственный роман». И действительно, трудно не заметить как, как часто герои попадают в ситуации, когда им нужно решать сложные нравственные вопросы, от которых может зависеть даже их жиз­ни На это указывает даже эпиграф произведения: «Береги честь смолоду».

Прочитав его, читатель настраивается на определенную тему.

Петр Андреевич Гринев — центральный герой, именно перед ним чаще всего возникает проблема выбора. Он вдруг из-под опеки родителей попадает во взрослую жизнь, где должен самостоятельно принимать решения. Если учитывать его абсолютную неприспособленность к жиз­ни (он рос дворянским «недорослем», эдаким Митрофанушкой, неучем), то его  выход «в люди», произошедший по русской пословице «первый блин  комом», был вполне закономерен. «Капитанская дочка» написана и форме мемуаров, воспоминаний пятидесятилетнего Гринева о своей молодости, и рассказчик сам иронизирует над тем, как он, глупый, «зеленый» юнец, старательно начал «обучаться» у случайного знакомого — Зурина — «военному делу», результатом чего стало явление пред очами Савельича в далеко не трезвом состоянии, с огромным долгом. Этот цивильно мелкий и почти ничего не значащий, на первый взгляд, факт  тем не менее говорит о слабости характера юного Гринева. Правда, справедливости ради стоит отметить, что это происшествие является единственным из описанных в романе, которое легло темным пятном на биографию героя. В дальнейшем, прослеживая путь формирования лич­ности, характера Гринева, мы встречаем факты, свидетельствующие о юм, что понятия долга и чести для него святы, они — его жизненный принцип. Судьба свела его с Пугачевым, жестокость которого по отно­шению к тем, кто не признавал в нем Петра 111, была хорошо известна и приводила в ужас. Несмотря на неотвратимость смерти в случае отка­за от присяги «злодею», Гринев выбирает именно этот вариант, не счи­тая возможным для офицера нарушить присягу, данное слово служить императрице.

Вообще, Пугачев предстает в «Капитанской дочке» как некий соблаз­нитель. Каждая ситуация выбора для Гринева так или иначе связана с ним. Вторично встретившись с вожаком восставших, уже наедине, Гринев по­вторяет, что не может признать его царем и, если будет приказано, он пойдет сражаться против Пугачева. Он делает акцент на том, что это его офицерский долг, и Пугачев, не чуждый благородству, отпускает его.

Вышеизложенные ситуации были связаны с тем, что герою прихо­дилось выбирать между жизнью и офицерским долгом. Вскоре задача усложняется: возникает вопрос о степени значимости для него долга офицера и долга чести. Маша Миронова посылает жениху письмо, умоляя защитить ее от Швабрина; обратившись к генералу с просьбой выделить некоторое количество людей для освобождения Белогорской крепости, Гринев получает отказ. Что же важнее для героя, должен ли он помочь девушке или подчиниться начальству? Заставив своего ге­роя сделать выбор в пользу человеческого долга, Пушкин отвергает чиновничье отношение, выступает против «применения общего зако­на к частному случаю» (Ю.М. Лотман). Таким же образом Гринев по­ступает и после своего ареста, на допросе. Не желая вовлекать в судеб­ные разбирательства Марью Ивановну, он не упоминает ее имени, хотя это спасло бы его, объяснив нахождение в стане «злодея».

Несмотря на то, что Пугачев в романе называется не иначе как «зло­деем», главарем «шайки разбойников», «самозванцем», «бродягой», Пушкин изображает его в такие моменты, когда тот совершает поступ­ки, достойные уважения. Пугачев может отвечать добром на добро (Гри­нев подарил ему тулуп, что впоследствии и стало «спасением» от казни); он, в своем роде, благороден: Гринев — офицер, сражается против него, однако тот не только не убивает его, но даже помогает освободить «си­роту» от Швабрина.

Предводитель восставших обладает чувством собственного достоин­ства, гордостью, что не позволяет ему принимать «милостыню», когда Гринев предлагает сдаться, уповая ка милость императрицы.

Такая вера в «человека на троне» (по определению Державина) ха­рактерна для Пушкина, он часто обращается к этой теме, и в «Капитан­ской дочке» мы дважды встречаем изображение милостивого человека у власти — это Пугачев и Екатерина. Мужицкий царь почитает за долг отплатить добром Гриневу, императрица же не может не простить мо­лодого человека, после того как Маша доказала ей его верность.

Кроме приведенных примеров следования чувству долга и чести в романе встречаются и более периферийные события (например, Марья Ивановна отказывается выходить замуж за Швабрина, ее родители погибают, не желая выступать на стороне Пугачева). Тем не менее, появление на страницах романа всех этих подвигов служит намеком, призывом Пушкина следовать именно этому принципу — принципу чести и долга,в первую очередь, простого человеческого долга, гуманизма, отрицанием формальности, «бумажной» законности отношения к людям.