Женские образы в творчестве А. И. Куприна . Куприна, крепкого реалиста, стихийного демократа, с его неугасаю­щим теплом в отношении к маленькому человеку, преклонением перед вы­сокой любовью, перед красотой женщины, со свойственной ему свободой и непринужденностью предметных и психологических описаний, с полновес­ным и конкретным словом, эпической «ровностью» повествования,— очень многое связывает с реализмом прошлого, XIX века, с традициями очеркистов-шестидесятников (прежде всего Глеба Успенского), Льва Толстого, а также Чехова. Однако чем пристальнее мы вчитываемся в купринскую кни­гу жизни, тем ярче светятся в ней грани его самоцветного таланта, полнее открывается то, что делает его произведения принадлежностью культуры нашего, XX века.

Прежде всего это, конечно же, «веселая жажда» жизни, ее разнообразия, неугомонное желание узнать и испробовать все ее проявлении. Поэтому так широк диапазон его художественного мира: герои Куприна постоянно меняют среду и «географию» обитания, они всегда в движении, в гуще событий, это люди самых разных профессий. Символист Сергей Соловьев даже иронизи­ровал но поводу «порядочной дозы географии в нынешних произведениях». В прозе Куприна, как и у Чехова, Бунина и других реалистов того времени, ши­роко представлена русская провинция вплоть до «медвежьих углов», разные сс края п города, особенно юг России, с его портами, рыбачьими рабочими поселками, пристанищами пестрого и многонационального люда.

С особым увлечением Куприн живописует не «домашнего» комнатного человека, человека не в четырех стенах, а «с улицы» (один из его рассказов так и нн м.ищется). Его герой действует как бы на некоторой открытой для всех пропс, будь то арена цирка или приморского кабачка, кофейни или артельная, игн ил виду, жизнь балаклавских рыбаков.

Жизнь полесской деревни, красота и очарование природы, обычаи и Ве­ршинин! полесских крестьян — это темы так называемого цикла «полесских рассказов» Куприна. В центре его стоит повесть «Олсся». Героини сс чисти н искренна. Она прекрасно понимает жизнь окружающего леса, благодари прабушке-знахарке умеет различать целебные травы, лечить ими людей. Она гак гармонична и естественна, что даже уставший и немного разочарованный  (тип «лишнего человека», только начала нашего века) начинает чувство­вать и смотреть на мир по-иному.

Но не все благополучно и в этом, на первый взгляд, «райском» уголке. Косность и суеверие становятся причиной того, что Олеся вынуждена уехать. К тому же, что было бы, если бы их любовь с героем осуществилась? К чему привело бы столкновение разных мироотношений, разного образа жизни; столкновение «культурного» (герой) и «естественного» (Олеся) начал, нако­нец’. Думается, что катастрофа была бы неизбежна…

Олеся, одна из наиболее любимых купринских героинь, выписана с необыкновенной любовью. Вообще, Куприн наделил ее наиболее цени­мыми им человеческими качествами: способностью на поступок, на акт возмущения против унижения его человеческого достоинства. Такой че­ловек, как Олеся, способен сделать самостоятельный нравственный вы­бор, даже вовсе отказаться от уготованной ему судьбы с ее несвободой, несправедливостью или невозможностью любви. Однако подобный вы­бор в изображении Куприна оказывается трагическим, сопряженным с жизненной катастрофой героини.

Женщины, нарисованные Куприным — Олеся, Суламифь из одноимен­ной повести, Вера Николаевна из «Гранатового браслета»,— покоряют нас цельностью натуры, неординарностью, самоотдачей в любви. Писатель вос­пел высокое, искреннее чувство и создал яркие, запоминающиеся образы, ко­торые не могут оставить равнодушными.