ПОЭМА ПРО БОЙЦА. Герой поэмы Твардовского — простой русский солдат. Но так ли это? На первый взгляд — так. Теркин — обыкновен­ный рядовой. И все же это не верно. Теркин — это как бы призвание, призвание быть оптимистом, балагуром, шутни­ком, гармонистом и, в конечном счете, — героем.

Мы впервые узнаем Теркина в замысловатых рассуждени­ях, что такое сабантуй. Уже здесь мы видим нашего героя таким, каков он предстает во всей поэме — со своей главной чертой — жизнелюбием, презрением к смерти, шуткой, кото­рая так важна на войне. Ведь поэма Твардовского написана о войне, о войне, которая несет смерть, разлуку, расставания, боль. Почему же тогда стихи поэмы звучат бодро и жизнеут­верждающе? Наверное, потому, что призвание поэта на войне сходно призванию Теркина — это призвание сеять бодрой шуткой радость, прогонять самое страшное, то, что страшнее пуль и гранат — страх, тоску и отчаяние. А отчаяние Терки­ну не знакомо. Вот он лежит раненный, замерзая, вот смерть соблазняет его избавлениями о.т страданий. Она призывает его сдаться, — разве лучше коченеть в снегу, а если даже тебя вынесут с поля и ты останешься в живых, разве это лучше того, что предстоит потом — опять грязь, холод, война? Разве это прельщает тебя, солдат? Ничего, говорит Василий Тер­кин, война кончится, и я вернусь домой. А если твой дом разрушен? — бьет смерть по самому больному месту, — но и это не смущает Теркина. Смерь не страшна ему — и она в конце концов отступает. Оптимизм и жизнелюбие помогают Теркину выбираться из любых ситуаций: из студеной воды на переправе, из когтей смерти. Только душевно здоровый мо­жет стрелять из винтовки по самолету, и что самое интерес­ное — подбить его.

Так Теркин, человек «негордый», согласный на медаль, получает орден, становится героем. Следует его диалог с гене­ралом, который сверх ордена дает ему отпуск домой на неде­лю. Но недели Теркину, увы, мало, так как его родная смо­ленская земля под немцами. Поэтому отпуск откладывается до лучших времен. Но Теркин, как всегда, не унывает. К тому же на фронте, в землянке, в окопе ему гораздо привычней, чем в прифронтовом раю, на кровати с белоснежными про­стынями. Ему не спится в этой «роскоши», и товарищи сове­туют ему надеть шапку на голову, чтобы появилось привыч­ное ощущение фронта.

Теркин, однако, не схема, не воплощение всех положи­тельных качеств солдата. Он и спирт предпочитает принимать внутрь, и лукаво выманивает у старухи яичницу с салом, и мечтает о деревенской вечерке, где он будет курить «Казбек» и важно рассказывать про фронтовую жизнь.

Он мастак играть на гармони и тешить солдат шутками. Но он всегда утешит товарища в беде, пусть даже такой незначитель­ной, как потеря кисета. Что там кисет, думает, а может быть, и не думает Теркин, отдавая свой, когда идет в бой кровавый, «смер­тный бой — не ради славы, ради жизни на земле». Этот бой все время в центре внимания. И не важно, за что идет бой — за населенный пункт Барки или за Берлин — важно, что Теркин никогда не подведет и будет биться до последней капли крови.

Символичен эпизод в поэме, когда Василий Теркин встре­чает однофамильца — Теркина Ивана. Теркиных много, это на них, на простых русских солдатах испокон веков держится наша земля. Поэтому Теркин бессмертен, как бессмертен на­род. Поэтому «Теркины» и выиграли эту великую войну.