ОБРАЗЫ ПОМЕЩИКОВ. В 1841 году вышел первый том поэмы «Мертвые души». Произведение потрясло всю Россию. Основной идеей его явилось состояние и права господствующего класса, взятого в «его частной жизни». В поэме Гоголя центральное место занимают пять портретных групп, в которых даньр^характе- ристики ряда помещиков.

Первое знакомство происходит у нас с помещиком Мани­ловым. «На взгляд он был человек видный, черты лица его были не лишены приятности», и на фоне обитателей города и поместий он казался весьма «обходительным и учтивым помещиком». Однако пристальней всматриваясь в мир Мани­лова, мы замечаем, что, оторванный от всякого дела, не зна­ющий труда, он способен лишь строить «воздушные замки», мечтая о совершенно невозможном и ненужном. Живое, чело­веческое в Манилове пропадает. Он «ни то ни се, ни в городе Богдан, ни в селе Селифан». Настоящая мысль и дело у него утопают в бессвязно-расплывчатых рассуждениях. Условия и привычки превратили доброго, даже далеко неглупого че­ловека в «мертвую душу». Другой «разновидностью» «мерт­вых душ» является Коробочка. Обитательница захолустного старосветского поместья обладает другими отвратительными свойствами: страстью к деньгам, стремлением к наживе. В от­ношениях с людьми ею движет только корысть. Сама обста­новка в доме Коробочки, принадлежащие ей вещи характе­ризуют ее старосветские привычки, вкусы. С едкой иронией рассказывает Гоголь о мешочках, каждый из которых имеет специальное название и назначение: «в одном — целковые, в другом — полтинники, в третьем — четвертаки».

Следующая ступень пустоты — Ноздрев, полная противо­положность Манилову и Коробочке. Он стремится показать­ся значительней и богаче, чем есть на самом деле. Он буян, враль, «рыцарь кутежа», мошенник, всегда готов ехать куда угодно. Такое поведение приводит его к разорению.

Крепки и устойчивы помещики-хозяйственники, вызыва­ющие в писателе еще большее отвращение. К таким персо­нажам относится Собакевич. Страсть к наживе — его глав­ная черта. Подобная страсть была непременным атрибутом условий жизни того времени. Она уродовала и разлагала человеческую душу, топтала человека и толкала его на плу­товство, превращала в «мертвую душу». Вот как писал Го­голь о Собакевиче: «Казалось, в этом теле совсем не было души, или она у него была, но вовсе не там, где следует, а, как у бессмертного кощея, где-то за горами и закрыта та­кою толстою скорлупою, что все, что ни ворочалось на дне ее, не производило решительно никакого потрясения на по­верхности ».

Пределом одичалости является Плюшкин. Если жажда наживы, которая охватывала Собакевича, получила свое от­ражение в характере твердом и практическом, то совсем по- другому эта же жажда преломляется в Плюшкине. Он уже смутно представляет себе человеческое общение, безудерж­но стремясь не столько уже к обогащению, сколько к бес­смысленному, самоценному накопительству и .в конце кон­цов теряет представление о действительной ценности вещей. Знаменитая куча хлама, содержащая выжатый лимон, отло­манную ручку кресла, кусочек тряпки, красноречиво говорят об их владельце. У Плюшкина уже отсутствуют любые че­ловеческие чувства, даже отцовские. Хозяйство его пришло в упадок, крестьяне «мрут как мухи», десятки их находят­ся в бегах. «И до какой ничтожности, мелочности, гадост- ности мог дойти человек»,— восклицает Гоголь.

Давая блистательную характеристику облика каждого по­мещика, писатель показывает сущность грязной и безобраз­ной жизни помещичьей России. Картины жизни крепостной России, развернутые Гоголем, прозвучали как грозное обви­нение в адрес царского правительства и правящих классов той эпохи. Поэма Гоголя явилась ярчайшим обвинительным актом против всего существовавшего в России жизненного уклада, разоблачением не отдельных пороков и недостатков того общества, а всего феодально-крепостнического строя.