Образы крестьянских детей. Деловитые и серьезные при всей своей детской непосредствен­ности, ребята вызывают у нас не только улыбку, но и настоящее уважение. Умелые, ловкие, хозяйственные, они заняты ответствен­ным делом — пасут лошадей. Ночное, костры, беседы в ожидании «картошек» — это вовсе не забава. Не раздумывая, бросился Пав­луша за обеспокоенными собаками, думая, что на табун напали волки. Двенадцатилетний безоружный мальчик не испугался воз­можной схватки с голодным лесным хищником! Не струсил он и когда в одиночку пошел в темноту к речке, потому что «захотелось водицы испить». И это после страшных рассказов о нечистой силе!

В неспешных разговорах мальчиков, в рассказанных ими «байках» о леших, водяных и русалках раскрывается перед нами все богатство духовного мира простого русского человека. А сколь­ко поэзии в их необычных сравнениях («Гляньте-ка, гляньте-ка, ребятки, — раздался вдруг детский голос Вани, — гляньте на бо­жьи звездочки, — что пчелки роятся!»). Портреты ребят нарисова­ны писателем степлотой и нежностью: просто невозможно забыть «свежее личико» и «большие тихие глаза» семилетнего Вани, го­ревшее «смелой удалью и твердой решимостью» лицо Павла.

Природа принимает в беседе мальчиков самое непосредствен­ное участие. Крики птиц и таинственные шорохи, всплески воды и треск костра, фырканье пасущихся лошадей и тревожные шеле­сты ночи, а также порожденные ими печальные истории, и мысли мальчиков сливаются в один неделимый, одухотворенный и пре­красный образ русской природы и русского человека.