Образ Руси и русского народа .Поэма «Мертвые души» — вершина творчества Н В. Гоголя. В ней великий русский писатель правдиво изобразил жизнь России в 30-х го­дах XIX века. Но почему Гоголь называет свое произведение поэмой? Ведь обычно под поэмой понимается крупное стихотворное произведе­ние с повествовательным или лирическим сюжетом. Но перед нами про­заическое произведение, написанное в жанре романа-путешествия.

Все дело в том, что замысел писателя не нашел полного воплоще­ния: вторая часть книги сохранилась частично, а третья так и не была написана. Законченное произведение должно было по замыслу автора соотноситься с «Божественной комедией» Данте. Три части «Мертвых душ» должны были соответствовать трем частям поэмы Данте: «Ад», «Чистилище», «Рай». В первой части представлены круги российского ада, а других частях читатель должен был увидеть нравственное очище­ние Чичикова и других героев.

Гоголь надеялся, что своей поэмой он реально поможет «воскреше­нию» русского народа. Такая задача требовала особой формы выраже­ния И действительно, уже некоторые фрагменты первого тома наделе­ны высоким эпическим содержанием. Так, тройка, в которой Чичиков покидает город N14, незаметно преображается в «птицу тройку», а затем становится метафорой всей Руси. Автор вместе с читателем как бы взле­тает высоко над землей и оттуда созерцает все происходящее. После зат­хлости закостеневшего жизненного уклада в поэме появляется движе­ние, простор, ощущение воздуха.

Само движение при этом называется «Божьим чудом», а мчащаяся Русь именуется как «вдохновенная Богом». Сила движения все нараста­ет, и писатель восклицает: «Эх, кони, кони, что за кони! Вихри ли сидят в ваших гривах? Чуткое ли ухо горит во всякой вашей жилке? Русь, куда же несешься ты? Дай ответ. Не дает ответа. Чудным звоном заливается колокольчик; гремит и становится ветром разорванный в куски воздух, летит мимо все, что ни есть на земле, и, косясь, постораниваются и дают ей дорогу другие народы и государства».

Теперь становится ясно, почему именно Чичиков выступает в роли «любителя быстрой езды». Именно он по замыслу Гоголя должен был в следующей книге духовно возродиться, слиться с душой России. Во­обще замысел «изъездить вместе с героем всю Русь и вывести множе­ство самых разнообразных характеров» дал возможность писателю вы­строить по-особенному композицию поэмы. Гоголь показывает все слои России: чиновников, крепостников и простой русский народ.

Образ простого русского народа неразрывно связан в поэме с обра­зом Родины. Русские крестьяне находятся на положении рабов. Госпо­да могут продать, обменять их; как простой товар оценивается русский мужик. Помещики не видят в крепостных людей. Коробочка говорит Чичикову: «Пожалуй, я тебе дам девчонку, она у меня знает дорогу, толь­ко ты смотри! не завези ее, у меня уже одну завезли купцы» Хозяйка боится потерять часть своего хозяйства, совершенно не думая о челове­ческой душе Даже мертвый крестьянин становится предметом купли- продажи, средством наживы. Русский народ умирает от голода, эпиде­мий, произвола помещиков.

Писатель образно говорит о забитости народа: «Капитан-исправник, хоть сам и не езди, а пошли только на место себя один картуз свой, то один этот картуз погонит крестьян до самого места их жительства» В поэме можно встретить дядю Митяя и дядю. Меняя, которые не в со­стоянии развести лошадей на дороге. Дворовая Пелагея не знает, где правая сторона, где левая. Но чему могла научиться эта несчастная девочка у своей «дубинноголовой» хозяйки?! Ведь для чиновников и помещиков крестьяне — это пьяницы, бестолковые, не способные ни к чему люди. Поэтому некоторые крепостные бегут от своих хозяев, не выдержав такой жизни, предпочитают тюрьму возвращению домой, как крестьянин Попов из имения Плюшкина. Но Гоголь рисует не только ужасные картины народной доли.

Великий писатель показывает, насколько русский человек талант­лив и богат душою. Образы замечательных мастеровых, народных умель­цев встают перед глазами читателя. С какой гордостью Собакевич гово­рит о своих умерших крестьянах! Каретник Михеев делал отличные эки­пажи и работу свою выполнял на совесть. «А Пробка Степан, плотник? я голову прозакладую, если вы где сыщете такого мужика», — убеждает Чичикова Собакевич, рассказывая об этом богатырского сложения че­ловеке. Кирпичник Милушкин «мог поставить печь в каком угодно доме», Максим Телятников шил прекрасные сапоги, и «хоть бы в рот хмельного. Не был пьяницей русский мужик, говорит Гоголь. Эти люди привыкли хорошо работать, знали свое ремесло.

Смекалка и оборотистость подчеркивается в образе Еремея Соро- коплехина, который «в Москве торговал, одного оброку приносил по пятисот рублей». Работоспособность простых крестьян признают и сами господа: «Пошли его хоть в Камчатку, дай только теплые рукавицы, он похлопает руками, топор в руки, и пошел рубить себе новую избу». Лю­бовь к народу-труженику, мужику-кормильцу слышится в каждом автор­ском слове. Гоголь с огромной нежностью пишет о «расторопном ярос­лавском мужике», собравшем русскую тройку, о «бойком народе», «бой­ком русском уме».

Замечательно умеет русский человек использовать богатство народ­ного языка «Выражается сильно российский народ!» — восклицает Го­голь, говоря о том, что нет слова в других языках, «которое было бы так замашисто, бойко, так вырывалось бы из-под самого сердца, так бы ки­пело и животрепетало, как метко сказанное русское слово».

Но все таланты и достоинства простого народа еще сильнее оттеня­ют его тяжелое положение «Эх, русский народец! Не любит умирать сво­ей смертью!» — рассуждает Чичиков, просматривая бесконечные спис­ки умерших крестьян Безрадостное, но правдивое настоящее нарисовал Гоголь в своей поэме

Однако у великого писателя-реалиста была светлая уверенность в том, что жизнь в России изменится Н. А. Некрасов писал о Гоголе: «Он проповедует любовь Враждебным словом отрицанья».

Истинный патриот своей страны, страстно желавший увидеть счас­тливым русский народ, Николай Васильевич Гоголь бичевал уничтожа­ющим смехом современную ему Россию. Отрицая крепостническую Русь с ее «мертвыми душами», писатель выражал в поэме надежду на то, что будущее Родины не за помещиками или «рыцарями копейки», а за ве­ликим русским народом, хранящим в себе небывалые возможности.