Григорий Печорин — молодой человек, принадлежащий к по­колению 30-х годов XIX века, представитель высшего светского общества. Его «лучшие» молодые годы прошли, по его собствен­ным словам, в «борьбе с собой и светом».

Печорин — представитель мыслящих людей своего времени, он обладает несомненным умом и критически относится к себе и свету. Глубокий ум Печорина позволяет ему верно судить о людях, и в то же время он самокритичен. Он холоден, высокоме­рен, но нельзя сказать, что ему чужды чувства, и нельзя назвать его инфантильным, безвольным человеком. Мы узнаем, что в юности Печорин «бешено наслаждался всеми удовольствиями, которые можно достать за деньги», и… они «опротивели» ему. Потом пустился в большой свет, и скоро общество ему также надоело, а любовь светских красавиц только раздражала его во­ображение и самолюбие, но сердце оставалось пусто. От скуки Печорин стал читать, учиться, но «науки также надоели»; он понял, что ни слава, ни счастье от них не зависят нисколько, потому что «самые счастливые люди — невежды, а слава — удача, и, чтоб добиться ее, надо только быть ловким». Ему снова стало скучно, и он отправился на Кавказ. Это было самое счаст­ливое время его жизни. Печорин искренне надеялся, что «скука не живет под чеченскими пулями», но опять напрасно — через месяц он привык к их жужжанию. Наконец, увидев и полюбив Бэлу, думал, что это ангел, посланный ему «сострадательной судь­бой», но снова ошибся, — «любовь дикарки оказалась ничуть не лучше любви знатной барыни», и невежество и простосердечие горянки ему вскоре надоели.

Образ Печорина в романе очень противоречив. Как говорит сам ге­рой: «Целая моя жизнь была только цепь грустных и неудачных противоречий сердцу или рассудку». Противоречивость проявля­ется не только в мыслях и поступках героя. Лермонтов, рисуя портрет Печорина, настойчиво подчеркивал странности во внеш­нем облике: ему уже около тридцати лет, а «в его улыбке что-то детское», глаза его «не смеялись, когда он смеялся… Это признак или злого нрава, или глубокой, постоянной грусти…», а «взгляд его — непродолжительный, но проницательный и тяжелый, остав­лял по себе столь равнодушно-спокойное впечатление нескромно­го вопроса и мог бы казаться дерзким, если бы не был столь равно­душно-спокоен». Походка Печорина «была небрежна и ленива, но… он не размахивал руками, — верный признак некоторой скрытно­сти характера». С одной стороны, у Печорина «крепкое сложение», а с другой — «нервическая слабость».

Печорин — разочарованный человек, живущий из любопыт­ства, скептически относящийся к жизни и людям, но в то же время его душа находится в постоянном поиске. «У меня несчастный характер, — говорит он, — воспитание ли меня сделало таким, Бог ли так меня создал, не знаю; знаю только то, что если я причиною несчастья других, то и сам не менее несчастлив». Это молодой человек 30-х годов, времени разгула реакции, когда декабристское восстание было уже подавлено. Если Онегин мог уйти к декабрис­там (что и думал показать Пушкин в десятой главе своего рома­на), Печорин же был лишен такой возможности, а революционные демократы как общественная сила еще не заявили о себе. Потому Белинский и подчеркивал, что «Онегин скучает, а Печорин глубо­ко страдает… бьется насмерть с жизнию и насильно хочет у нее вырвать свою долю…»

Печорин отрицает любовь и счастье в семейной жизни, а в его отношениях с женщинами движет тщеславие, честолюбие. «Воз­буждать к себе чувство любви, преданности и страха — не есть ли первый признак и величайшее торжество власти?» — говорит ге­рой. Однако его отношение к Вере свидетельствует о способности к глубокому чувству. Печорин признается: «При возможности потерять ее навеки, Вера стала для меня дороже всего на свете — дороже жизни, чести, счастья!»

С горьким чувством Печорин расценивает себя как «нрав­ственного калеку», у которого «высохла, испарилась, умерла» луч­шая половина души. Он понимает, что ему «было назначение вы­сокое», чувствует «в душе … силы необъятные», однако растрачивает свою жизнь на мелкие поступки, недостойные его. Причину своей трагедии Печорин видит в том, что его «душа испорчена светом». «Я достоин сожаления… во мне душа испорчена светом, воображение беспокойное, сердце ненасытное; мне все мало: к пе­чали я так же легко привыкаю, как и к наслаждению, и жизнь моя становится пустее день ото дня…», — говорит Печорин Максиму Максимычу. Это означает, что он так и не смог вырваться из обще­ства, окружающего его.

Все эти несоответствия и противоречия во внешнем облике и поведении отражают личную трагедию героя, не дают ему жить полной жизнью, но они отражают также трагедию целого поколе­ния того времени. Лермонтов в предисловии к своему роману пи­сал, что Печорин — «это портрет, составленный из пороков всего нашего поколения, в полном их развитии», и трагедия его в том, что такие люди «не способны к великим жертвам ни для блага человечества, ни даже для собственного… счастья». Дневник Печо­рина, в котором представлена целая галерея образов молодых людей 30-х годов XIX века, не раз подтверждает мысль Лермонтова, отра­женную в «Думе». Это поколение «к добру и злу постыдно» рав­нодушных, томящихся под бременем «познанья и сомненья», лю­бящих и ненавидящих случайно, словно обречено «в бездействии состариться», «ничем не жертвуя ни злобе, ни любви…» Но в лице Печорина перед нами предстает не только своеобразный человек, типичный для своей эпохи. Это личность, сформированная дан­ным веком, и ни в какой другой эпохе подобный человек появить­ся не мог бы. В нем сконцентрированы все черты, все достоинства и недостатки его времени.