Образ Чацкого в комедии вызвал многочисленные споры в критике. И.А. Гончаров считал героя Грибоедова «искренним и горячим деятелем», превосходящим Онегина и Печорина. «…Чацкий не только умнее всех прочих лиц, но и положительно умен. Речь его кипит умом, остроумием. У него есть и сердце, и притом он бе­зукоризненно честен», — писал критик. Примерно так же от­зывался об этом образе Аполлон Григорьев, считавший Чацкого настоящим борцом, честной, страстной и правдивой натурой. Наконец, подобного мнения придерживался и сам Грибоедов: «В моей комедии 25 глупцов на одного здравомыслящего чело­века; и этот человек, разумеется, в противоречии с обществом его окружающим». Совершенно иначе Чацкого оценивал Бе­линский, считая этот образ почти что фарсовым: «…Что за глу­бокий человек Чацкий? Это просто крикун, фразер, идеальный шут, профанирующий все святое, о котором говорит….Это но­вый Дон-Кихот, мальчик на палочке верхом, который вообража­ет, что сидит на лошади…». Примерно также этот образ оцени­вал и Пушкин. «В комедии «Горе от ума» кто умное действующее лицо? ответ: Грибоедов. А знаешь ли, что такое Чацкий? Пыл­кий, благородный и добрый малый, проведший несколько вре­мени с очень умным человеком (именно Грибоедовым) и напи­тавшийся его остротами и сатирическими замечаниями. Все, что говорит он, оченьумно. Но кому говорит он все это? Фамусову? Скалозубу? На бале московским бабушкам? Молчалину? Это непростительно», — писал поэт в письме Бестужеву. Кто же из критиков прав в оценке Чацкого? Попробуем разобраться в ха­рактере героя.

Чацкий — молодой человек дворянского круга, получивший хорошее образование, подающий большие надежды, умный, спо­собный. Его красноречие, логика, глубина познаний восхищают даже Фамусова, считающего вполне реальной для Чацкого воз­можность блестящей карьеры. Однако Александр Андреевич ра­зочарован в государственной службе: «Служить бы рад, прислу­живаться тошно», — заявляет он Фамусову По его мнению, надо служить «делу, а не лицам», «не требуя ни мест, ни повышенья в чин». Бюрократизм, чинопочитание, протекционизм и взяточ­ничество, столь распространенные в современной ему Москве, для Чацкого не приемлемы. Он не находит общественного идеа­ла в своем отечестве:

Где? укажите нам, отечества отцы,

Которых мы должны принять за образцы?

Не эти ли, грабительством богаты?

Защиту от суда в друзьях нашли, в родстве,

Великолепные соорудя палаты.

Где разливаются в пирах и мотовстве,

И где не воскресят клиенты-иностранцы

Прошедшего житья подлейшие черты.

Чацкий критикует закоснелость взглядов московского обще­ства, его умственную неподвижность. Выступает он и против крепостничества, вспоминая о помещике, променявшем своих слуг, неоднократно спасавших его жизнь и честь, на трех борзых собак. За пышными, красивыми мундирами военных Чацкий видит «слабодушие», «рассудка нищету». Не признает герой и «рабского, слепого подражанья» всему иностранному, которое проявляется в чужевластье мод, в засилье французского языка. Чацкий обо всем имеет свое собственное суждение, он откровен­но презирает самоуничижение Молчалина, лесть и низкопок­лонство Максима Петровича. Александр Андреевич оценивает людей по их внутренним качествам, независимо от чинов и бо­гатства.

Что же удерживает героя в обществе, которое он так критику­ет? Только любовь к Софье. Как замечает С.А. Фомичев, Чацкий бросился в Москву после какого-то особенного потрясения, от­чаянно пытаясь обрести ускользающую веру25. Вероятно, за вре­мя заграничного путешествия герой духовно повзрослел, испы­тал крушение многих идеалов, по-новому стал оценивать мно­гие реалии московской жизни. И теперь он жаждет обрести пре­жнюю гармонию мироощущения — в любви. Но Софья любит Молчалина. Чацкий не может поверить в эту любовь, и здесь он в известной степени прав. Софья лишь думает, что любит Мол­чалина, однако она заблуждается в своих чувствах. Александр Андреевич становится свидетелем несостоявшегося свидания героев. И здесь он становится гневным и язвительным:

Вы помиритесь с ним, по размышленьи зрелом.

Себя крушить, и для чего!

Подумайте, всегда вы можете его Беречь, и пеленать, и спосылатьзаделом. Муж-мальчик, муж-слуга, из жениных пажей — Высокий идеал московских всех мужей.

Сам роман Софьи с Молчалиным Чацкий расценивает как личное оскорбление, оскорбление своим взглядам и принци­пам: «Вот я пожертвован кому! Не знаю, как в себе я бешенство умерил!». Возможно, он в какой-то степени мог бы понять Со­фью, если бы избранником ее был человек достойный, прогрес­сивных взглядов и принципов. В данной же ситуации эта ба­рышня автоматически становится врагом Чацкого. И эта враж­дебность в отношениях обнаруживается уже в самом начале. Ведь именно Софья на балу стала распространять слухи о сумасше­ствии Чацкого.

Что же мы видим в комедии? Наш герой не успешен как на любовном, так и на общественном поприще. Но побежден ли Чацкий? Замечательно сказал об этом И. А. Гончаров: «Чацкий сломлен количеством старой силы, нанеся ей, в свою очередь, смертельный удар качеством силы свежей. Он вечный обличи­тель лжи, запрятавшийся в пословицу: «Один в поле не воин». Нет, воин, если он Чацкий, и притом победитель, но передовой воин, застрельщик и — всегда жертва. Чацкий неизбежен при каждой смене одного века другим».