Свое сочинение я хочу посвятить одному из наибо­лее ярких и глубоких образов романа Л. Н. Толстого «Война и мир» — Андрею Болконскому. Именно этот персонаж, как мне кажется, ближе всех подошел к пониманию идеи неизменного торжества правды над грубой силой.

Впервые Толстой знакомит нас с Андреем Бол­конским в салоне Анны Павловны Шерер, фрейли­ны императрицы, и описывает его внешность. Писа­тель много внимания уделяет выражению скуки и недовольства на лице князя: у него был «усталый скучный взгляд», часто «гримаса портит его краси­вое лицо». Андрей Болконский получил хорошее об­разование и воспитание. Его отец — сподвижник Су­ворова — научил князя ценить в людях такие человеческие достоинства, как верность чести и дол­гу. Андрей Болконский с презрением относится к светскому обществу, это презрение ему передалось от отца. Людей, которые собираются в салоне А. П. Шерер, он называет «глупым обществом», так как его не удовлетворяет эта праздная, пустая, ник­чемная жизнь.

Князь Андрей — богато одаренная натура. Он жи­вет в эпоху французской революции и Отечественной войны 1812 г. В такой обстановке князь Андрей ищет смысл жизни. Сначала это мечты о «своем Тулоне», мечты о славе. Но ранение на Аустерлицком поле приводит героя к разочарованию. В разговоре с Пье­ром накануне Бородинского сражения князь Андрей выказывает осознание народного характера войны. Князь Андрей говорит Пьеру о том, что успех сраже­ния « никогда не зависел и не будет зависеть ни от по­зиции, ни от вооружения, ни даже от числа; а уж меньше всего от позиции». «А от чего же?» — спра­шивает Пьер. И слышит в ответ: «От того чувства, ко­торое есть во мне, в нем, — он указал на Тимохина, — в каждом солдате». Однако стать такими, как они, по­родниться душою с простыми солдатами князю Ан­дрею не суждено.

В роковую минуту смертельного ранения князь Андрей испытыват последний, страстный и мучи­тельный порыв к жизни земной: «совершенно но­вым завистливым взглядом» он смотрит на траву и полынь. И потом, уже на носилках, он подумает: «Отчего мне так жалко было расставаться с жиз­нью? Что-то было в этой жизни, чего я не понимал и не понимаю». Глубоко символично, что под Аустер­лицем князю открылось отрешенное от суеты мир­ской голубое, высокое небо, а под Бородином — близ­кая, но не дающаяся ему в руки земля, завистливый взгляд на нее.

Восторжествовало величественное, отрешенное от мирских волнений небо, а вслед за ним наступила смерть.

Князь Андрей умер не только от раны. Его смерть связана с особенностями характера и положения в мире людей. Его поманили, позвали к себе, но ус­кользнули, оставшись недосягаемыми, те духовные ценности, которые сделал судьбоносный 1812 год.