На батарее Тушина Н. Толстой был участником Севастопольской обороны. В эти трагические месяцы позорного поражения русской армии он многое понял, осознал, как страшна война, какие страда­ния она несет людям, как ведет себя человек на войне. Он убе­дился в том, что истинный патриотизм и героизм проявляется не в красивых фразах или ярких подвигах, а в честном выпол­нении долга, военного и человеческого, несмотря ни на что. Этот опыт сказался в романе «Война и мир». В нем нарисованы две войны, которые во многом противопоставлены друг другу. Война на чужой территории за чуждые интересы шла в 1805-1807 годах. И истинный героизм солдаты и офицеры проявляли лишь тогда, когда понимали нравственную цель сражения. Вот почему стояли героически под Шенграбеном и позорно бежали под Аустерлицем, как вспоминает князь Анд­рей накануне Бородинского сражения.

Проходя мимо батареи Тушина, князь Андрей слышит раз­говор капитана о будущей жизни, о бессмертии души: «Коли бы возможно было знать, что будет после смерти, тогда бы и смерти никто из нас не боялся».

Вдруг раздается свист падающего ядра и начинается бой. Князь Андрей взволнован, он скачет отыскивать князя Багра­тиона. Он пытается предугадать, как же выразится «его Ту­лон». Вместе с Багратионом и другими офицерами он приезжает на батарею Тушина, который стреляет по деревне Шенграбен. Ему никто не отдавал такого приказа, он сам, по­советовавшись с фельдфебелем Захарченко, решил поджечь деревню, чтоб облегчить положение русских солдат. Баграти­он соглашается с таким решением.
Именно на батарее князь Андрей, прислушиваясь к разгово­рам князя Багратиона с начальниками, с удивлением понима­ет, «что приказаний никаких отдаваемо не было, а что князь Багратион только старался сделать вид, что все, что делалось по необходимости, случайности и воле частных начальников, что все это делалось хоть не по его приказанию, но согласно с его намерениями». В то же время князь Андрей замечает, что «несмотря на эту случайность событий и независимость их от воли начальника, присутствие его сделало чрезвычайно мно­го». Он видит, как светлеют лица офицеров, как становятся они веселей, щеголяют перед Багратионом своей храбростью. И это на многое открывает князю Андрею глаза. Он начинает понимать, что в настоящем бою все не так, как в теории. Солда­ты сбиты в кучу, но все равно отражают атаки. Багратион ме­няется, он становится похожим на ястреба. Он осознает, из чего складывалась эта непоколебимая сила русских — из геро­изма солдат и лучших офицеров русской армии.Толстой пишет, что не только Наполеон, но все солдаты и офицеры французской армии испытывали одинаковое чувство ужаса перед тем врагом, который, потеряв половину войска, стоял в конце сражения так же, как и в начале его. Французы были морально сломлены: оказывается, русских можно убить, но не победить. Адъютант докладывал Наполеону со скрытым страхом о том, что французская артиллерия бьет в упор, а русские продолжают стоять.

Вспомните, как ведут себя солдаты полка князя Андрея, по­ставленные в резерв на пристрелянном поле. Их положение трагично: под непроходящим ужасом смерти они стоят более восьми часов без еды, без дела, теряя людей. Но князю Андрею «делать и приказывать было нечего. Все делалось само собою. Убитых оттаскивали за фронт, раненых относили, ряды смы­кались. Если отбегали солдаты, то они тотчас же поспешно возвращались». Вот пример того, как выполнение долга пере­растает в подвиг. Эта сила складывалась из патриотизма не на словах,а на деле.

У Толстого патриотизм неотделим от гуманизма, и это есте­ственно: простым людям война всегда была не нужна. Итак, Толстой рисует войну 1812 года как народную, Отечествен­ную, когда на защиту Родины поднялся весь народ. И сделал это писатель с огромной художественной силой, создав гран­диозный роман-эпопею, которому нет равных в мире.