ЛЮБОВЬ КАК ТРАГЕДИЯ НЕЗАУРЯДНОЙ ЛИЧНОСТИ. На рубеже XIX и XX веков русская литература пережи­вала период особого расцвета. В поэзии он был назван «сереб­ряным веком». Но и проза обогатилась многими шедеврами. На мой взгляд, немало способствовал этому и А. И. Куприн.

Его творчество соединяет в себе странным образом самый суровый жизненный реализм и удивительную воздушность, прозрачность. Его перу принадлежат одни из самых проник­новенных произведений о любви в русской литературе.

Я бы хотела остановиться на двух из них: «Поединок» и «Гранатовый браслет». Они очень разные, но при ближай­шем рассмотрении даже в сюжете можно найти переклич­ку. В обеих повестях основой сюжета становится история несчастной любви, причем оба главных героя трагически гибнут, а причиной этого становится отношение к ним лю­бимой женщины.

Георгий Ромашов, «Ромочка», из «Поединка» — молодой офицер. Его характер совершенно не соответствует избранному поприщу. Он стеснителен, краснеет как барышня, в любом че­ловеке готов уважать достоинство, но результаты — плачевны. Его солдаты хуже всех маршируют. Сам он постоянно со­вершает оплошности. Его идеалистические представления все время приходят в противоречие с действительностью, и жизнь его мучительна. Единственной отрадой становит­ся для него любовь к Шурочке. Она олицетворяет для него красоту, изящество, образованность, вообще культуру в ат­мосфере провинциального гарнизона. В ее доме он чувству­ет себя человеком. Шурочка тоже ценит в Ромашове его отличность, непохожесть на других. Она горда и честолюби­ва, ее мечта — вырваться отсюда. Для этого она заставляет мужа готовиться в академию. Она сама учит воинские дис­циплины, чтобы не погрязнуть в безделье, не отупеть в ок­ружающей бездуховности. Ромашов и Шурочка нашли друг друга, противоположности встретились. Но если у Ромашо­ва любовь поглотила всю душу, стала смыслом и оправдани­ем жизни, то Шурочке она мешает. Достижение намеченной цели для нее невозможно с безвольным, нежным «Ромочкой». Поэтому она лишь на миг позволяет себе эту слабость, а потом предпочитает остаться с нелюбимым, бездарным, но настойчивым и упорным мужем. Когда-то Шурочка уже отка­залась от любви Незнанского (и теперь это спившийся, отча­явшийся человек). В понимании Шурочки любящий должен приносить жертвы. Ведь она сама, не долго думая, жертву­ет любовью и своей, и чужой ради благополучия, обществен­ного положения. Незнанский не смог приспособиться к ее требованиям — и его отстранили. От Ромашова Шура пот­ребует еще большего — ради ее репутации, в угоду сплетни­кам и болтуньям, он должен пожертвовать жизнью. Для са­мого Георгия это, может быть, даже спасение. Ведь если бы он не погиб, его, в лучшем случае, постигла бы участь Не­знанского. Среда поглотила бы его и погубила.

В «Гранатовом браслете» ситуация похожа, но не сов­сем. Героиня тоже замужем, но она любит мужа, а к госпо­дину Желткову, напротив, не испытывает никаких чувств, кроме досады. И сам Желтков кажется нам сначала просто пошлым ухажером. Так воспринимает его и Вера, и ее се­мья. Но в рассказе о спокойной и счастливой жизни мель­кают тревожные нотки: это роковая любовь брата Вериного мужа; любовь-обожание, которую питает к Вериной сестре муж; неудавшаяся любовь дедушки Веры, именно этот гене­рал говорит о том, что настоящая любовь должна быть тра­гедией, а в жизни ее опошляют, мельчат быт и разного рода условности. Он рассказывает две истории (одна из них чем- то даже напоминает сюжет «Поединка»), где настоящая лю­бовь превращается в фарс. Слушающая эту историю Вера уже получила гранатовый браслет с кровавым камнем, который должен уберечь ее от несчастья, а прежнего своего хозяина мог спасти от насильственной смерти. Именно с этого подар­ка меняется отношение читателя к Желткову. Он жертвует ради своей любви всем: карьерой, деньгами, душевным спо­койствием. И не требует ничего взамен.

Но опять пустые светские условности губят даже это при­зрачное счастье. Николай, деверь Веры, который когда-то сам уступил свою любовь этим предрассудкам, теперь требу­ет того же от Желткова, он грозит тюрьмой, судом общества, своими связями. Но Желтков резонно возражает: что все эти угрозы могут сделать с его любовью? В отличие от Николая (и от Ромашова) он готов бороться и отстаивать свое чувс­тво. Преграды, поставленные обществом, для него ничего не значат. Только ради покоя любимой он готов отказаться от любви, но вместе с жизнью: он кончает с собой.

Теперь Вера понимает, что она потеряла. Если Шурочка отказалась от чувства ради благополучия и сделала это со­знательно, то Вера просто не увидела большого чувства. Но ведь в конечном счете она и не хотела увидеть его, она пред­почла покой и привычную жизнь (хотя от нее ничего и не требовали) и этим как бы предала любящего ее человека. Но истинная любовь великодушна — ее простили.

Почему у любви в произведениях Куприна обычно пе­чальный исход? Может быть, он сам считал, что настоящая любовь должна быть трагична? Мне кажется, дело в людях и в том мире, в котором они живут. Этому миру не нужна любовь. И сами люди предают ее, отказываются от нее ради более понятных, материальных вещей. Не многим дано по­нять, что они теряют, и именно этим людям даруется лю­бовь. Она становится для них смыслом жизни. А жизнь всег­да заканчивается смертью.