Летом в деревне. Когда-то моя мама была такой же маленькой, как я. Только она и ее родители жили не в Москве, а в деревне, ее отец, мой дедушка, был путевым обходчиком на железной дороге, а ее мама, моя бабушка, ра­ботала в колхозе. Кроме моей мамы у дедушки с бабушкой было еще пятеро детей — это мои дяди и тети. У дедушки с бабушкой был дом, он стоял на берегу заросшего пруда, в котором дедушка и сыновья ло­вили рыбу, выплывая на ранней зорьке на своей маленькой лодке- плоскодонке с одним веслом, на середину пруда. За домом тянулся большой огород, где у дедушки с бабушкой росли картошка, морков­ка, тыква, брюква, капуста и другие овощи, и моя мама с сестрами за ними ухаживали. За огородом рос сад, где дед посадил яблони, груши, вишни и сливы. За садом начинался лес, а в лесу с весны и до глубо­кой осени мама с братьями и сестрами собирали малину, землянику, клубнику, ежевику, а самое главное — грибы. Каких только грибов не было в том лесу: белые, грузди, рыжики, подберезовики, подосинови­ки, маслята, опята, сыроежки — всего и не перечислишь.

Дедушки уже нет на свете, а бабушка болеет и дальше нашей под­московной дачи не ездит. Только мы с мамой любим бывать летом в деревне ее детства. Мы приезжаем туда на поезде, потом добираемся на автобусе до сельского совета, а дальше идем пешком три километра. В маминой деревне почти никого не осталось, только на лето приезжает кое-кто навестить места своего детства. Мы с мамой открываем наш дом, прибираемся и живем в нем, как будто вернулись к ней в детство. Хо­дим в лес, плаваем на дедушкиной лодке, ловим рыбу. Мама на глазах у меня молодеет и веселеет. Только мне жаль, что ее дом совсем одряхлел. Я бы тоже хотела привезти в него на лето своих детей.