Изучение названий. Географические названия, или топонимы, – народное твор­чество. Они создавались веками. Возраст одних исчисляется тысячелетиями, других – годами, а третьи возникли на наших глазах и продолжают рождаться ежегодно. Искусственных книжных названий в процентном отношении ничтожно мало. Известность некоторых глобальна: Москва, Париж, Лондон, Токио, Волга, Дунай, Нил. А сколько географических имен служит очень ограниченному кругу людей в пределах одного села, деревни? Миллионы, сотни миллионов. Это имена сено­косов, пастбищ, оврагов, родников, курганов.

Исследования географических названий очень интересны и плодотворны для многих наук. Имя – это слово, и поэтому должно изучаться лингвистами. Оно возникло в какую-то оп­ределенную эпоху и отражает ее, значит, привлекает внима­ние историков. Географы и картографы болше других имеют дело с географическими именами. Эти специалисты изучают их значение (смысл), отражающее географические реалии. Необходимо установить, как правильно передавать форму на­звания с языка на язык и в нормативных словарях – основных источниках топонимической информации.

Очень давно люди интересовались происхождением геогра­фических имен. Такой интерес легко понять. Разве человеку безразлично, почему город, в котором он живет, называется Воронежем, Златоустом, Андижаном, а река, текущая рядом с родным селом, – Свиягой, Припятью, Печорой? Ученые давно поняли значение географической номенклатуры для уясне­ния истории народов, их языков, географии и миграций насе­ления и реконструкции ландшафтов за прошлые столетия и тысячелетия. Правильное понимание географических назва­ний дает географу богатейший материал для познания особен­ностей природных условий и хозяйственной деятельности человека, для исторической географии. Не случайно говорят, что географические названия – язык Земли.

В топонимике – дисциплине, изучающей географические названия, – уже известно много ученых, которые оставили большое, хотя и очень пестрое по содержанию и качеству науч­ное наследие. Известно, например, что в основе большинства туркменских и киргизских, т. е. тюркских топонимов лежат нарицательные географические термины: кум – «песок», кую – « колодец », су — « вода », депе — « холм », « бугор », даг — « гора », джайляу – «высокогорное летнее пастбище», куль – «озеро» и т. д. Многие ученые скептически относились к топонимиче­ским исследованиям, так как считали, что в них есть спорное, недоказуемое.

Особо нужно сказать об Александре Федоровиче Орлове, ав­торе большой книги «Происхождение названий русских и не­которых западноевропейских рек, городов, племен и местностей», целиком посвященной топонимике. Ее автор – весьма образованный человек, но о нем мало известно. Книга вышла в 1907 году в северном городке Вельске Вологодской губернии (ныне Архангельская область).

Вельск расположен у впадения реки Вель в реку Вагу бас­сейна Северной Двины. В то время здесь стояли бескрайние глухие леса. Добираться сюда из Вологды было сложно: бездо­рожье, да и путь немалый – более 300 верст. Александр Федо­рович работал по лесному делу – сначала на Волге, а затем на Севере. Много странствовал, плавал по северным рекам, счи­тал путешествие лучшим университетом. Именно во время скитаний и работы в лесах он заинтересовался географически­ми названиями. По убеждению А. Ф. Орлова, имена рек Евро­пейской России образованы древними жителями из финских племен, языки которых ныне не сохранились, поэтому нельзя понять и расшифровать речную номенклатуру. Русские горо­да и другие поселения получали часто свои имена от рек, по­этому тоже оказались для нас «за семью замками».

Топонимисты не могут принять такую точку зрения, т. е. крайнее увлечение А. Ф. Орлова финноязычным субстратом, который он видел не только на Русской равнине, но и в Запад­ной Европе. Впрочем, и сам Александр Федорович в разговоре с сыном отметил, что основные выводы и направленность его книги следует пересмотреть.

В заслугу А. Ф. Орлову нужно поставить его понимание на­родноэтимологических явлений в топонимике, необходи­мость отличать легенды и сказания от научных гипотез в толковании смысла названия и ясном представлении о рядах однотипных географических названий с повторяющимися фи­нальными окончаниями. Таких рядов Орлов составил множе­ство.

В наше время изучение географических названий по фор­мантам сделало большие успехи и получило широкое распро­странение. Предшественником А. Ф. Орлова в этом отношении следует считать академика А. X. Востокова, кото­рый еще в 1812 году в статье «Задача любителям этимологии» указал на речные названия с одними и теми же повторяющи­мися формантами.

Еще тридцать-сорок лет назад топонимической литературы было очень мало.

В. П. Семенов-Тян-Шанский начал работать по топонимике в 1904-1907 голах, когда в Петербурге в Русском Географиче­ском обществе действовала подкомиссия по географическим названиям. В ней участвовали известные ученые-географы, историки, лингвисты: Ю. М. Шокальский, В. В. Бартольд, А.

А.   Шахматов, С. Ф. Ольденбург, И. А. Бодуэн-де-Куртенэ, К. Г. Залеман, П. М. Мелиоранский. В. П. Семенов-Тян-Шан­ский собрал большую картотеку топонимов с детальными ха­рактеристиками географических объектов. В 1924 году он опубликовал статью «Как отражается географический пейзаж в народных названиях населенных мест». Для работы над ней автор привлек 120 тысяч названий, широко применил стати­стику. Это позволило ему четко определить большую роль ме­стных географических терминов в формировании имен населенных пунктов, когда термин уже теряет связь с перво­начальным физико-географическим объектом и выступает те­перь вторично, с переносом в названия поселений, где обычны слова: гора, бугор, волок, грива, лощина, яр и другие» В. П. Се­менов-Тян-Шанский занимался и изучением формантов -ях, -их, -ух, образующих скопления в собственных именах на границе Владимирской и Нижегородской губерний, вопроса­ми взаимосвязей топонимики с картографией и исторической географией.

В Томском педагогическом институте создал большую кар­тотеку географических названий Сибири и целую школу топо- нимистов-сибиряков А. П. Дульзон. Он был целеустремленным ученым, в течение многих лет изучал гео­графические названия и народную географическую термино­логию народов Сибири, особенно Западно-Сибирской равнины. Многочисленные ученики Дульзоа представили к защите несколько топонимических диссертаций, охватываю­щих системы угорских, самодийских, тюркских, тунгу­со-маньчжурских языков. Изучались и русские топонимы. Исследования, проводимые А. П. Дульзоном и его помощни­ками, преследовали еще одну цель – решение проблемы этно­генеза сибирских аборигенов.

Во многих странах собственные имена привлекли внимание ученых. Возникли и международные организации по онома­стике, т. е. части языкознания, изучающей личные имена, на­звания народов (этнонимы), географическую номенклатуру, клички животных, наименования небесных тел и т. д. Между­народный комитет ономастических наук находится в Бель­гии, где издается специальный журнал.