Изображение народа и народного полководца Кутузова. Роман «Война и мир» представляет своеобразную концепцию исто­рии Толстого. В частности, Толстой пересмотрел традиционные взгля­ды на степень участие всяких людей в ходе истории и на влияние народ­ных масс на нее. Многие — как историки, так и литературные критики считали, что писатель неверно изобразил войну (т.к. именно война занимает большую часть произведения), лишил ее величественности, истолковав как неизбежнее события, закономерность, на которую никто и ничто не может повлиять. Главная действующая сила в войне, по Тол­стому, — народ. «Народная мысль» вообще широко представлена в ро­мане и раскрывается в двух аспектах: на философском уровне Толстой изображает народ как мощную единую силу, без которой войны быть не может (о чем уже говорилось выше), и на психологическом — в понима­нии писателя народ есть носитель лучших человеческих качеств. Стоит, впрочем, уточнить то, что в данном случает термин «народ» у Толстого непосредственно участвующие в военных действиях люди, т.е. не пред­ставители командования, что и подчеркивает писатель.

В романе множество массовых сцен, и это нужно не только для вос­создания исторической действительности. Толстой использует массовые сцены для выражения общего мнения народа. Писатель часто выбирает из толпы одного-двух людей, в нескольких чертах описывает их (в основ­ном, указывает на какую-то мелкую деталь) и через их реплики, которые могут быть самыми разнообразными, передает настрой единого целого.

Отдельные представители — люди из толпы — не всегда просто ис­чезают со страниц романа. Встречаются такие, кого Толстой делает но­сителями целой идеи, даже идеологии. Таков Платон Каратаев. На его примере Пьер Безухов увидел, что можно быть счастливым везде и все­гда, и как это на самом деле просто. Солдаты в большинстве своем — крестьяне, а в деревнях с их общинами как нигде сильно чувство единства, общности. И Пьер, глядя на Каратаева, понимает, как легко и, главное, как хорошо всех любить и никого не ненавидеть — т.е. быть проще, бли­же к естественности. Идея простоты появилась в романе не случайно, это качество было важно для Толстого как человека, и потому его любимые герои в разное время решают быть ближе к народу, простым солдатам, ко­торые являются олицетворением этой идеи (как, например, Пьер после Бородинского сражения). Кроме того, писатель вводит в повествование сцены, доказывающие наличие чувства сострадания у солдат, как, к при­меру, в сцене с французским пленным — барабанщиком Венсаном. Сол­даты не могут видеть в этом мальчике врага и даже, можно сказать, выра­жают симпатию к нему, окрестив его Висеней, Весенним.

В контрасте с этим Толстой отмечает и жестокость русских, симво­лом которой стал Тихон Щербатый, «самый нужный человек отряде» Денисова. В образе Тихона писатель воплотил идею партизанской вой­ны. Он вполне оправдывает его жестокость, т.к. безжалостная, без тени сострадания, расправа Тихона с французами — справедливая казнь, сво­еобразная (но, надо отметить, — очень действенная) защита от «мироде- ров». Назвав партизанское движение «дубиной», взлетевшей над французской армией, писатель тем самым привел лишний раз доказа­тельство единства русских: нависла опасность, и народ объединился для ее уничтожения, образовав огромную силу. Но, по Толстому, сила сама по себе бесполезна, если ее не приложить в нужном направлении. Для этого нужен кто-то, умеющий указать это направление и суметь подтолкнуть к нему эту силу. Таким человеком у Толстого стал Кутузов. Вообще писа­тель отводил ничтожную роль историческим лицам, командирам и «гени­ям». Все события — в том числе и войны — происходят, по его утвержде­нию, из-за столкновения миллионов причин, и исторические лица, со своими приказами и действиями, служат лишь последней каплей.

Создавая образ Кутузова, Толстой, естественно, не отказался от сво­его взгляда, но тем не менее этот полководец представлен в несколько ином свете, нежели остальные представители командования (изображе­ние его фигуры схоже лишь с изображением Багратиона). Обращает на себя внимание тот факт, что Кутузов противопоставлен другим воена­чальникам (главным образом — нерусским), которые активно создают видимость действия, пытаясь доказать, что все зависит от их приказов, во что, видимо, сами не верят.

У Кутузова же даже его портрет создает атмосферу пассивности, лености. Толстой выделяет, что тот был старый, толстый, с «жирной спиной», с трудом передвигавшийся, любивший поесть и поспать чело­век. Последний факт, кстати, обыгрывается неоднократно: к примеру, Кутузов засыпает на важном совете. Но он вовсе не бездействует. Его деятельность направлена на то, чтобы собрать все возможные силы, по­бедить французов и выгнать их из России, причем все это сделать нужно с наименьшими потерями. Как отмечает А. Скафтымов, тот, кто в силу обстоятельств связан так или иначе с другими, лишается самостоятельно­сти действий и всецело отдается служению «необходимости». Этим-то и выделялся Кутузов, в этом -то и состоял его «гений» — он умел отказаться «от своей личной воли» и покориться закономерному ходу событий.

В целом, по Толстому, для наибольшей слаженности действий, для победы необходима единая система — армия плюс полководец, русский народ плюс Кутузов. Феномен Кутузова заключался в том, что он понимал историческую необходимость и умел бездействовать. Через образы Кутузова и народа Толстой передал читателю свою идею: такая система является дви­гателем истории, но на вопрос, что заставляет его работать, что это за сила, названная Толстым исторической необходимостью, он не дает ответа.