Интерес к миру человеческой души. Более полувека служил русской литературе В. А. Жуковский. Началась эта служба в 1802 году, когда в журнале «Вестник Европы» появилось стихотворение «Сельское кладбище». Ему суждено было возвестить России о приходе нового поэта — выразителя печалей и радостей обыкновенных людей, первого поэта-психолога. Вот эти строки:

Уже бледнеет день, скрываясь за горою,

Шумящие стада толпятся над рекой;

Усталый селянин медлительной стопою Идет, задумавшись, в шалаш спокойный свой.

Может быть, нынешним читателям строфы «Сельского кладбища» покажутся слишком бесхитростными и не столь уж примечательными. Но тогда, задолго до Пушкина, никто еще не писал такими прозрачными стихами, да и «усталые селяне» не были в чести у поэтов.Интерес к миру человеческой души в поэзии В. А. Жуковского слова элегии проникнуты глубоким сочувствием к тем «праотцам села», которые при жизни много трудились, а теперь они покоятся на сельском кладбище. Скромное деревенское кладбище вызывает размышления о радости земной жизни и неотвратимости смерти.

Мотив скорби, страдания, одиночества становится центральным в раннем творчестве Жуковского. Но он далек от пессимизма. Тоска у романтиков сродни мечте. Романтическая поэзия Жуковского утверждает блаженство в скорби. В стихотворении «Утешение в слезах» поэт восклицает: «Как вам, счастливцам, то понять, что понял я с тоской?» Для него тоска — это путь к постижению человеческой души.

В 1814 году Жуковский пишет стихотворное обращение «Императору Александру I»-(«Поверь народу, царь!»), которое очень понравилось царской семье. Поэт становится учителем в этой семье, а после декабрьских событий 1825 года — воспитателем наследника престола. Как много сделал этот человек, пользуясь своим положением, для передовых людей своего времени! Он не раз выручал из беды Пушкина, был среди тех, кто выкупил из крепостной неволи Тараса Шевченко, добился облегчения участи многих декабристов, заступился за юного Лермонтова.

Его добрая, мягкая, благородная душа отразилась в поэзии. Прекрасным афоризмом стали слова:

О милых спутниках, которые наш свет

Своим сопутствием для нас животворили,

Не говори с тоской: их нет,

Но с благодарностию: были.

В природе и в человеке Жуковский открыл такую красоту, которая лежит за пределами понятий и слов. Его стремление проникнуть в тайные глубины человеческой души натыкается на языковую преграду. Словами иногда невозможно передать всю полноту мысли и чувства. «Невыразимое подвластно ль выраженью?»

Жуковского всегда интересовал исторический и национальный материал. Он написал множество баллад, самая известная из них — «Светлана». Атмосфера народности возникает с первых строк баллады:

Раз в крещенский вечерок Девушки гадали…

Читателя привлекает неизменная авторская любовь к героине баллады. Все дурное для Светланы оказывается сном:

Здесь несчастье — лживый сон;

Счастье — пробужденье.

В этих словах отражен глубокий оптимизм Жуковского, в основе которого — неизбывное желание добра и счастья человеку.

Пророческими оказались слова Пушкина:

Его стихов пленительная сладость

Пройдет веков завистливую даль…