ХЛЕСТАКОВ И ХЛЕСТАКОВЩИНА. Образ Ивана Александровича Хлестакова — один из са­мых характерных и замечательных в творчестве Гоголя, «лю­бимое дитя его фантазии». В нем сказалась страсть художни­ка к гиперболе, преувеличениям почти гротескным, любовь к изображению «многосторонних» (в ноздревском смысле) ха­рактеров. И образ мыслей Ивана Александровича типичен для большинства героев Гоголя: алогичность, бессвязность его ре­чей просто ошеломляют. И, конечно, с образом Хлестакова связана некая «чертовщина», налет фантастичности. Ну, дей­ствительно, не наваждение ли: солидный и опытный городни­чий принимает «фитюльку» за «значительное лицо». Мало того, весь город за ним в припадке умопомрачения несет «ре­визору» дань» умоляет о защите, старается «умаслить» этого ничтожного человека.

Сюжет комедии прост и гениален. Особая, гоголевская» черта в нем — отсутствие со стороны мнимого ревизора ка­ких-либо сознательных действий, чтобы обмануть чиновни­ков. Он сам попадает в непредсказуемую ситуацию и ведет себя в соответствии с ней. Если бы Хлестаков был мошенни­ком, глубина замысла исчезла бы. Главное здесь то, что чи­новники сами себя обманывают, охваченные страхом («сами себя высекли»). Но в такой ситуации на месте ревизора необ­ходим человек, наделенный совсем особыми свойствами.

Да нет, помилуйте, Свойства эти — самые обыкновенные. Ну, например, желание порисоваться, сыграть роль выше той, что человеку «предназначена». Ведь это же свойственно каж­дому из нас «хоть на минуту», по мнению Гоголя. Феериче­ская сцена вранья на приеме у городничего проявляет это ка­чество героя с невиданной силой. Из служащего, который только «переписывает», он за несколько минут вырастает по­чти до «главнокомандующего», который «всякий день во дво­рец ездит». Хлестаков — гений вранья, он переживает свой звездный час. Гомерический размах ошарашивает присутству­ющих: «Тридцать пять тысяч курьеров» несутся во весь опор, чтобы разыскать героя, без него некому управлять департа­ментом. Солдаты при виде его «делают ружьем». Суп в каст­рюльке едет к нему из Парижа. В мгновение ока, как сказоч­ный джинн, он строит и рушит целый фантастический мир — мечту современного меркантильного века, где все измеряется сотнями и тысячами рублей. Интересна и важна одна черта в поведении Хлестакова: он как бы ловит и усиливает чужие идеи, ведь сам он — ничтожество. Но стоит Анне Андреевне намекнуть: «Так и вы пишете?» — фантазия героя разыгры­вается с новой силой: «Все, что было под именем барона Брам- беуса, Фрегат Надежды и Московский телеграф… все это я написал», «Мне Смирдин за это сорок тысяч дает».

Речь Хлестакова отрывочна, он заговаривается, но скачет дальше во весь опор: «Да что в самом деле? Я такой! Я не посмотрю ни на кого… Я говорю всем: «я сам себя знаю, сам». Я везде, везде…».

Но что это? Все рушится тоже как в сказке: «Как взбе­жишь по лестнице к себе на четвертый этаж…» Нет, нет, он уже опомнился: «Что ж я вру, я и забыл, что живу в бельэта­же». Но мы уже увидели и другое лицо его: это, оказывается, «человек, обрываемый и обрезываемый доселе во всем, даже в замашке пройтись козырем по Невскому проспекту» (из заме­чаний Гоголя для актеров). «Он почувствовал простор и вдруг развернулся». Вот какая горькая подоплека у этого образа. Да, поистине, «человеческое слышится везде…».

Но сейчас его время. Он — герой-любовник, очаровываю­щий мать и дочь, зять городничего. Он — «значительное лицо», которому смиренно предлагают взятки. И с каждой взяткой Иван Александрович приметно меняется. Он входит во вкус. Он уже осознал себя в новой роли, и она герою по душе. Если у первого посетителя он застенчиво просит взаймы, оправды­ваясь: «В дороге издержался», то от Бобчинского и Добчинского он сразу требует: «Денег у вас нет?»

И исчезает Хлестаков особенным образом. Это «фантасма­горическое лицо», «как лживый олицетворенный обман, унес­лось, вместе с тройкою бог весть куда» (Гоголь),

Итак» что же такое «хлестаковщина»? Это не только вопло­щение желания сыграть роль повыше той» что тебе предназна­чена, но и воплощение пустоты существования. Ничтожество, возведенное в Ы-ную степень, «возникающая до высшей степе­ни пустота», по удивительному выражению Гоголя.

Да, прекрасен образ Хлестакова — великое создание Гого­ля. Он весь вдохновение» полет. Это собрание многих качеств. В нем и маленький чиновник, и простодушный человечек» вдохновенно и счастливо лгущий. Но это и символическое, обобщенное изображение того русского человека, «который стал весь ложь, уже даже сам того не замечая» (Гоголь),