Гуманистическая тема в рассказе М. Шолохова. «Я видел и вижу свою задачу как писателя в том, чтобы всем, что написал и напишу, отдать долг этому народу-труженику, народу-герою». Эти слова М. Шолохова, на мой взгляд, точнейшим образом отражают идею одного из лучших произ­ведений писателя, напечатанного в «Правде» в 1956 году, — рассказа «Судьба человека». Как и во многих других произве­дениях, здесь Шолохов обращен к проблеме национального характера, к изображению трагического жизненного пути русского человека. Читая «Судьбу человека», понимаешь, что рассказ написан в «полемике» с писателями «потерянного по­коления», которые считали, что человек не может на войне со­хранить «душу живу». Шолохов же считает, что это возможно.

Самое поразительное в рассказе — сочетание высокой траге­дийности и человечности. Война, утрата семьи, потеря сына, муки, которые пришлось перенести в немецком плену, — тра­гическое наполнение жизни главного героя Андрея Соколова — не убило в нем Человека. Когда читаешь рассказ и следишь за героем, то осознаешь, что в его образе, в его «хождениях по мукам» обозначена судьба целого поколения. Рассказ вызыва­ет не только грустные, но и радостные чувства потому, что все тяжелейшие удары судьбы не смогли убить его душу. И, на­верное, можно сказать, что рассказ Шолохова — о преодоле­нии героем трагизма жизни, благодаря силе воли и красоте человеческой души.

В основе сюжета рассказа лежат действительные события. Шолоховский герой имеет реального прототипа, но имени его Шолохов так и не узнал. Встреча писателя с героем произошла в 1946 году, а рассказ появился 10 лет спустя. Этому есть исто­рическое объяснение. Очевидно, подобное произведение не могло быть написано при жизни Сталина. И его создание стало возможным только после смерти «отца народов» и после XX съезда партии. Шолохов назвал свое произведение рассказом, но совершенно ясно, что по широте обобщения, типизации — это произведение скорее можно отнести к жанру эпопеи. Мне кажется, что это вполне правомочно, ведь И. Шмелев назвал свое «Солнце мертвых» эпопеей. Ибо что такое «Судьба чело­века», как не изображение судьбы народа в переломный мо­мент? Андрей Соколов представительствует от всего народа. Его исповедь составляет сюжетный центр рассказа. Что же представляет собой композиция произведения? Она достаточ­но традиционна. Это рассказ в рассказе.

Подобное мы видели, например, в «Старухе Изергиль» Горького. Кроме того, можно говорить о двух «планах» пове­ствования: голосе героя и голосе автора. Дело в том, что пове­ствователь становится здесь слушателем, в то время как центральное место в «Судьбе человека» отведено рассказу Со­колова о себе. Что же узнаем мы о герое?

История Андрея Соколова позволяет осмыслить отдельную человеческую жизнь как жизнь целого поколения, даже цело­го народа. Главный герой родился в 1900 году — значимая де­таль, которая подсказывает читателю, что перед ним история, отражающая судьбы современников, «его жизнь была обык­новенная». Чем же занимается Андрей Соколов? Тем, что Б. Пастернак называл «жизнестроительством», созиданием про­стого человеческого счастья: «Так и прожил десять лет и не за­метил, как они прошли. Прошли, будто во сне». Поэтому и жизненный идеал героя таков: «Ирина купила двух коз. Чего еще надо? Дети едят кашу с молоком, крыша над головой есть, одеты, обуты, стало быть, все в порядке».

Его представление о счастье — народное, близкое любому русскому человеку. И в это благополучие, счастье «врывает­ся» война. Именно здесь шолоховский герой меняет тон разго­вора. Писатель «складывает» историю военных мытарств своего героя из ряда ярчайших эпизодов: вот Соколов везет снаряды для артиллеристов под угрозой смерти, вот он подни­мается, не желая умирать лежа, отдает вместе с сапогами пор­тянки берущему его в плен солдату, спасает лейтенанта, убив того, кто хотел выдать «курносенького парнишку» немцам, побеждает в поединке с комендантом лагеря и, наконец, совер­шает побег из плена. Становится совершенно ясно, что и в по­единке с Мюллером, и с берущим его в плен немцем спасает героя не только его человеческое достоинство, но и достоинст­во национальное: «Я было из его рук и стакан взял и закуску, но как только услышал эти слова, — меня будто огнем обожг­ло! Думаю про себя: «Чтобы я, русский солдат, да стал пить за победу немецкого оружия?! А кое-чего не хочешь, герр комен­дант? Один черт мне умирать, так провались ты пропадом со своей водкой».

Вероятно, автору важно подчеркнуть, что сам себя Андрей Соколов героем не считает. Более того, в ряде эпизодов Шоло­хов отмечает, что его герой больше заботится о других, нежели о себе. Так, например, он беспокоится о своей семье и пишет домой, что «мол, все в порядке, помаленьку воюем», но ни сло­ва не говорит о том, как ему на войне трудно, и даже осуждает тех, кто «сопли по бумаге размазывает». Он, в отличие от пла­тоновского гвардии капитана Алексея Иванова, прекрасно по­нимает, что «этим разнесчастным бабенкам и детишкам не слаже нашего в тылу приходилось». Или когда везет артилле­рийские снаряды, то думает (без тени пафоса) не о своей безо­пасности, а о том, что «там товарищи его, может, погибают» — вот она, «скрытая теплота патриотизма». То же самое мы ви­дим и в эпизоде убийства в церкви. Крыжнев хочет предать своего командира. И когда Соколов осознает, что «худенький, курносенький парнишка, и очень собою бледный» не сможет справиться с этим «мордатым», «толстым мерином», он реша­ет «сам его кончать».

В этом убийстве нет ничего безнравственного: народная мо­раль допускает его, ведь убийство совершено «за правое дело». Перед самой сценой убийства Шолохов вновь напоминает, что Андрей Соколов думает о других, восхищаясь поведением во­енного врача: «Вот что значит настоящий доктор! Он и в плену и в потемках свое великое дело делал». Отдавая дань врачу, шолоховский герой не понимает, что делает то же самое. Со­седство эпизодов убийства предателя и незаметного подвига военврача — знак мастерства писателя. Благодаря этому мы отчетливо видим, что на страницах рассказа сталкиваются две жизненные позиции. Первую можно выразить словами Соко­лова: «Одному-то и курить, и помирать тошно». Вторую — словами Крыжнева: «Своя рубашка к телу ближе». Происхо­дит столкновение идеи национального единства и идеи, кото­рая это единство разрушает.

Не менее важен и эпизод с комендантом. Именно неосознан­ное чувство собственного достоинства заставляет героя посту­пить так, и именно так: «…хотя я и с голоду помирал, но давиться ихней подачкой не собираюсь, у меня есть свое, рус­ское достоинство и гордость, и в скотину они меня не преврати­ли, как ни старались». Поэтому в данном контексте реакция коменданта нормальна. Невольно вспоминается повесть Б. Ва­сильева «В списках не значился». Как Андрей Соколов заста­вил немцев увидеть в себе человека, так и Николай Плужников, который в финале выходит к немецким солда­там, невольно заставляет их, потрясенных его подвигом, от­дать ему честь.

В чем же истоки мужества Соколова? Прежде всего в воспо­минаниях о семье, детях, об Ирине: близкие помогали ему вы­жить. Ведь и защищал-то он семью, дом, Родину. Не случайно место уничтоженной семьи в сердце Андрея Соколова занима­ет маленький Ванюшка, тем самым герой будто снимает с себя чувство вины перед Ириной за то, что оттолкнул ее, и перед Ва­нюшкой за то, что тот остался без родителей.

История Соколова становится обвинением войне, «искале­чившей, исказнившей человека». Здесь сразу же вспоминает­ся портрет главного героя рассказа, нарисованный Шолоховым в начале произведения: «большие темные руки», «глаза, словно присыпанные пеплом, наполненные неизбыв­ной тоской». Перед нами метафора, усиленная гиперболой. Глаза — отражение души, и мы понимаем, что у Соколова внутри все словно перегорело.

Здесь нельзя не вспомнить слова М. Лотмана: «История проходит через дом человека, через его частную жизнь, судь­бу. Не титулы, ордена или царская милость, а «самостояние Человека» превращает его в историческую личность».