Герои-«недотепы» в драматургии А. П. Чехова. Художественный мир Чехова бесконечно сложен, многогранен, лишен какой-либо однолинейности. Писателю открыто было все несовершенство жизни, понятен был глубокий трагизм человеческого сущест­вования.

Поэтому закономерно, что в пьесу «Вишневый сад» входит тема «недотепства». Чехов изображает несча­стных, страдающих людей. Круг недотеп достаточно широк, хотя слово «недотепа» употребляется в пьесе по отношению только к четырем персонажам: Яше, Дуняше, Пете Трофимову, Фирсу.

Лакей Яша мечтает лишь о блестящей парижской жизни и, разумеется, не осознает своего духовного убо­жества. Но в этой искаженности и огрубелости рус­ского человека заключается одно из проявлений того самого недотепства, которое так тонко почувствовал старик Фирс.

Судьба гувернантки Шарлотты Ивановны — это еще одна вариация на тему недотепства. Безвыход­ным одиночеством и тоской проникнуто ее призна­ние: «…когда папаша и мамаша умерли, меня взяла к себе одна немецкая госпожа и стала меня учить… А откуда я и кто я — не знаю…».

Конторщик Епиходов имеет весьма красноречи­вое прозвище — «двадцать два несчастья». И дей­ствительно, любовь Епиходова отвергнута, претензии на образованность не имеют под собой основания. Че­хов точно передает смутную неудовлетворенность конторщика жизнью: «Я развитой человек, но никак не могу понять направления, чего мне, собственно, хо­чется, жить мне или застрелиться».

К недотепам относится и престарелый лакей Фирс. Перед нами верный раб, считающий отмену крепостного права несчастьем. В этом человеке так и не пробудилось достоинство, духовного раскрепоще­ния не произошло. Мы видим, как трогательно 87-лет­ний Фирс заботится о Гаеве. Тем страшнее и безысходнее финал пьесы…

Обратимся теперь к образам бывших хозяев виш­невого сада. Раневская и Гаев — недотепы в полном смысле этого слова. Они давно утратили ощущение реальности и надеются на маловероятную помощь богатой ярославской тетушки, отвергая вполне осу­ществимый план спасения имения. Трагедия этих людей не в том, что они разорились, а в измельчании их чувств, в утрате последнего напоминания о дет­стве вишневого сада.

Страдания Раневской и Гаева совершенно искрен­ни, хотя н принимают несколько фарсовую форму. Жизнь Раневской не лишена драматизма: умирает муж, трагическии гибнет семилетний сын Гриша, бросает любовник. Любовь Андреевна, по ее же собственному признанию, не может бороться со своими  чувствами даже  тогда, когда понимает, что обманута любимым. В излишней сконцентрированности геро­ини на собственных переживаниях есть немалая до­ли эгоизма, отстраненности от чужих страданий и лишений. О смерти старой няни Раневская говорит за чашкой кофе. В свою очередь, воспоминания об умершей                  Анастасии    не мешают Гаеву достать завет­ную коробочку леденцов…

Двадцатисемилетний Петя Трофимов — идеалист и мечтатель, по и он подвластен неумолимому ходу времени. Трофимов считает себя «выше любви», но именно любви ему не хватает. «Вы не выше любви, а просто, как вот говорит наш Фирс, вы недотепа», — точно угадывает Раневская причину Петиной неу­строенности в жизни.

К недотепам в пьесе «Вишневый сад» должен быть отнесен и Ермолай Лопахин. Петя Трофимов прав, когда говорит о его «нежной душе». В двойственнос­ти Лопахина заключается трагическая противоречи­вость его образа. В своих отношениях с Варей герой предельно скован, робок. Он, в сущности, столь же одинок и несчастен, как и окружающие.

Пьеса «Вишневый сад» заканчивается грустным словом «недотепа», которое произносит забытый все­ми Фирс. За этим словом стоит многое. Чехов далек от пустого обличительства. Мечта о достойной чело­века жизни соседствует в произведении с сострадани­ем к несчастным, страдающим людям, которые ищут «высшую правду» и все никак не могут найти…