«Дама с собачкой» и тема любви. «Жена, как луна, не каждый день должна появляться на небоскло­не», — иронично писал Чехов в своем дневнике, но уделял огромное внимание миру сложных, зачастую непредсказуемых движений челове­ческой души и особенно чувству любви. Безусловно, любовь — самое светлое и прекрасное чувство, но жизнь в обществе накладывает на че­ловека ограничения и запреты, призванные направить могучую стихию любви в спокойное семейное русло, где страсть узаконена и становится лишь одним из элементов повседневной жизни.

Во времена Чехова в России были очень сильны патриархальные представления о любви и браке. Считалось вполне нормальным женить­ся и выходить замуж не по любви, а по «разумному расчету», либо по договоренности родителей, или из каких-то других соображений житей­ского здравого смысла.

Сейчас, когда так много свободы в любви, мы понимаем, что в этом был резон. Однако прожить без любви или же загнать в тесные рамки живое свободное чувство далеко не просто. Если человека, обделенно­го любовью, не поглощали целиком интересы практического или духов­ного свойства, то в какой-то момент он с мучительной остротой и болью ощущал бессмысленность и бесцельность жизни. Ему становилось страшно и скучно жить лишь для того, чтобы, по словам Пушкина, «бла­гополучно скончаться посреди детей, плаксивых баб, да лекарей».

Вот и герои рассказа Чехова «Дама с собачкой» живут спокойной и размеренной жизнью, которая уже давно определилась, приобрела впол­не завершенную форму, а в перспективе у них — медленное старение. В их жизни нет места сильным страстям, в ней ничего не происходит. Скучно! Героиня едет на море лишь потому, что в обществе принято ездить на море. Она, как сотни других праздных, старательно отдыхаю­щих женщин, исполняет предписанный ритуал: прогуливается по набе­режной, греется на солнце, дышит полезным морским воздухом.

Нечего удивляться тому, что главный герой, Гуров, живет так же раз­меренно и скучно. Правда, он время от времени позволяет себе «малень­кие шалости», чтобы как-то скрасить свои унылые серые будни в семье, которая всегда была ему чужой. Он изменяет жене, которую не любит, да и никогда не любил, женившись, скорее всего, чтобы быть «как все». Его измены — отнюдь не романтические приключения, они — часть все того же рутинного порядка.

Курортная любовная связь Гурова и Анны Сергеевны представляет­ся обоим чем-то случайным и мимолетным, хотя женщина впервые из­менила мужу и искренне переживает это. Тем не менее, этот «южный» роман вносит в их существование оживление: их, словно детей, привле­кает то. что их связь относится к сфере запретов, над ней тяготеет при­тягивающее понятие «нельзя», и они не задумываются о последствиях.

Любовники не сразу замечают, что эта как будто ни к чему не обя­зывающая игра постепенно перерастает в серьезное чувство, а время летнего отдыха уже подошло к концу. Хотя им и жалко расставаться друг с другом, они уверены, что справятся с собой и забудут приятный курор­тный роман. Но зародившаяся любовь сильнее их, в общем-то, слабых и безвольных людей. Гуров ничего не может с собой поделать и отправ­ляется в городок, где живет его «дама с собачкой». Он ни на что не на­деется, но при встрече с Анной Сергеевной узнает, что и она тосковала по нему, тщетно пытаясь его забыть.

«Что же здесь возвышенного?» — спросите вы. Гениальность Чехо­ва в том, что он с потрясающей убедительностью показывает нам любовь самых обыкновенных и ничем не примечательных «маленьких людей». Они — заурядные и, в общем-то, скучные люди. Они не в силах совла­дать ни с любовью, ни с жизнью, и их связь так и остается обычной свя­зью, ибо они не в состоянии ни разорвать свои отношения, ни вступить друг с другом в законный брак. Гуров боится своей жены, а Анна Сер­геевна не хочет ранить своего мужа. Однако на самом деле не это глав­ное: мы понимаем, что их обоих удерживает страх изменить привычный образ жизни. Они продолжают время от времени тайком встречаться, чтобы «урвать» у жизни крупицу счастья, но это счастье искусственно.

Конец рассказа не показывает читателю, как любовь его героев не­уклонно погружается в болото пошлой повседневности, но об этом не­трудно догадаться, поскольку рассказанная им история не может иметь конца. Это — своего рода «дурная бесконечность», ибо ни Гуров, ни Анна Сергеевна ни к чему не стремятся, жизнь их не наполнена смыс­лом. А ведь если бы они не оказались заурядными, если бы они не были так слабы, их любовь могла бы подарить им счастье на всю жизнь.