ЧТО ЗАСТАВЛЯЕТ НАС СМЕЯТЬСЯ. 80-е годы XIX века, Россия. Через базарную площадь идут полицейский надзиратель Очумелов с узелком в руках и городовой с решетом. Сразу же возникает мысль о «блюс­тителях порядка»: для чего узелок и решето? Уж не для по­боров с торгующих?

Почему мы смеёмся? Какова причина смеха? Причиной смеха всегда является.несоответствие в жизненных явлениях, в отношениях людей, их поведении. У героев Чехова несо­ответствие между тем, каковы они, и тем, какими хотят ка­заться, смешное даже в их фамилиях (Хрюкин, Очумелов).

Итак, полицейский надзиратель узнаёт о том, что че­ловека укусила за палец собака. Необходимо навести порядок! — первая мысль государственного служащего. Надо составить протокол и решение об истреблении собаки. Но… кто-то сказал о том, что собака принадлежит генералу. Очу­мелов меняет решение: оставить дело без последствий. По­лицейский надзиратель шесть раз изменяет свою точку зре­ния на происшествие и своё отношение к участникам. Его моральное состояние, стремление угодить чиновным и знат­ным людям выражается и в физическом плане: то ему ста­новится жарко — «сними-ка, Елдырин, с меня пальто…», то холодно — «надень-ка, брат Елдырин, на меня паль­то… Что-то ветром подуло… знобит». Комизм сцен заклю­чается в том, что смена настроения Очумелова переносится на Хрюкина и собаку. В одном эпизоде — «просто собака» и притом, «наверное, бешеная», Хрюкин «пострадавший», в другом — собака «маленькая», а Хрюкин «здоровила»; затем «не собака, а чёрт знает что» и т. д. А в последнем эпизоде, когда генеральский повар сообщает о том, что собака принадлежит приехавшему брату генерала, лицо Очумелова «заливается улыбкой умиления… Ишь ты, господи… Соску­чились по братце.. А я ведь и не знал! Так это ихняя собачка? Очень рад… Возьми её… Собачонка ничего себе… Шустрая такая… Цап этого за палец! Ха-ха-ха… Ну, чего дрожишь? Ррр… Рр… Сердится, шельма… цуцык этакий…»

Толпа хохочет над Хрюкиным.                                 ‘    ‘

«Я ещё доберусь до тебя! — грозит ему Очумелов и, за­пахиваясь в шинель, продолжает свой путь по базарной площади.».

Мы смеёмся, потому что видим стража порядка и вер­шителя судеб простых людей раболепствующим холопом пе­ред сильными мира сего.