«Что такое счастье?

Соучастье в добрых человеческих делах».

Н. Асеев

Что такое счастье? Наверное, сколько людей, столько и отве­тов на этот вопрос. Словари объясняют смысл слова «счастье» так: благополучие, покой и довольство, осуществление желаний.

В словарях всё легко и понятно. Достижимо ли счастье или оно всего-навсего прекрасная мечта, неуловимая Синяя птица? Мож­но ли говорить о каком-то общем для всех понятии, если даже в словаре Даля указывается, что состояние счастья зависит от вку­сов, убеждений, привычек человека, от его жизненной философии?

Я думаю, что нет ничего более индивидуального, чем представ­ление о счастье. «Будьте счастливы!» — желаем мы друг другу, вкладывая в эти слова представление о счастье, основанное на своём жизненном опыте. Хотя многое в представлении о счастье общечеловечно, оно всё-таки определяется духовным развитием человека, уровнем его культуры, отношением к себе и другим.

Представьте себе чудесное летнее утро в лесу. Старым, покрытым сочной зеленью дубом любуется молодой человек. Совсем недавно, десной, дуб этот стоял «между улыбающимися берёзами» и, казалось, не хотел радоваться ни весне, ни солнцу. А теперь вид пышного зе­лёного дерева пробудил и в душе человека желание жить. Князь А. Болконский, возвращаясь домой из Отрадного, остановился у об­новлённого дуба, и «все лучшие минуты его жизни вдруг припом­нились ему: и Аустерлиц с высоким небом, и мёртвое укоризненное лицо жены, и Пьер на пароме, и эта девочка (Н. Ростова), взволно­ванная красотою ночи, и эта ночь, и луна»… «Нет, жизнь не кончена в 31 год, — вдруг окончательно… решил для себя князь Андрей, — нельзя чтобы жили они (люди) так независимо от моей жизни, надо, чтобы на всех она отражалась и чтобы все они жили со мною вместе».

Это мой любимый эпизод великого толстовского романа, и вот прчему. Счастье в нашем представлении всегда связывается с чем- то приятным, а князь Андрей называет «лучшими», то есть счаст­ливыми, самые трагические минуты своей жизни. Почему? Я не сразу понял это, а когда понял, почувствовал радость открытия. В эти минуты Болконский обретал новую жизненную цель, пости­гал, как ему кажется, истинный смысл человеческого существова­ния. В этом для него и заключается счастье.

Но ведь счастлив по-своему и чистенький «розовый» Берг, принимающий в новенькой гостиной родственников и знакомых. Он гордится и красивой женой Верой, и тем, что вошёл в свет­ское общество, и тем, что приём проходит прилично, как у всех…

А ведь Берг и Болконский — современники, люди одного кру­га, однако какая пропасть между их представлениями о счастье. Что уж говорить о людях другой эпохи!

Да, в разные времена, у разных людей представление о счас­тье различно. Но у натур глубоких, требовательных к себе в это представление всегда входило то, что можно назвать самоотдачей, самозабвением, когда у человека есть ценности большие, чем он сам, большие, чем его личное благополучие.

Для меня потрясением стала книга, написанная слепоглухоне­мой женщиной Ольгой Скороходовой. «Как я воспринимаю и представляю окружающий мир» — название этой человеческой исповеди. Автор пишет о… счастье жить:

«Думают иные — те, кто звуки слышат,

Те, кто видит солнце, звёзды и луну:

Как она без зренья красоту опишет,

Как поймёт без слуха звуки и весну?!

Я услышу запах и росы прохладу,

Лёгкий шелест листьев пальцами ловлю.

Утопая в сумрак, я пройду по саду,

И мечтать готова, и сказать: люблю…»

Разве это стихи обездоленного, несчастного человека? Да, Скороходова вправе утверждать, что потеря зрения и слуха неперено­сима только для тех, кто других достоинств не имеет.

Настоящее счастье, наверное, не бывает лёгким и не достаётся легко. Об этом думаешь, читая прекрасный роман В. Дудинцева «Белые одежды». Один из лучших геров книги Василий Степано­вич Цвях убеждён, что во имя добра и счастья необходимо бороться со злом, даже если эта борьба требует жертв.

«Счастье искать нельзя, обречённое дело! Счастье в тебе. Когда положишь свою плоть, чтобы напитать ближних… Прольёшь кровь, переплывёшь моря страданий… Тут счастье само тебя найдёт, не помышлявшего о нём… Счастье свободно выбирает достойного».

Мне кажется, с таким пониманием счастья согласился бы и современник Цвяха профессор Иван Вихров, герой «Русского леса» Л. Леонова. Самые счастливые минуты своей жизни Вих­ров пережил у чистейшего родничка, ставшего для него символом России. Всю жизнь, не думая о материальных благах, о доволь­стве, борется этот человек за сохранность заповедных лесов своей родины. Вне этой борьбы он не мыслит ни счастья, ни самой жиз­ни. Его совестливость, человеческая чистота не сулят лёгкого сча­стья, да оно, лёгкое, и не нужно этому рыцарю родной природы.

Они не сговаривались друг с другом, князь Андрей Болконский, под пером гениального Толстого, и люди середины XX века— ге­рои Дудинцева и Леонова. Они размышляют о том, что пережили и почувствовали сами. Оказывается, что их размышления очень близки сегодня нам, потому что в таких людях воплотились луч­шие черты, свойственные человеку. Не все ведь стали предприни­мателями и торговцами, видящими счастье лишь в том, чтобы по­туже набить кошельки!

Человек должен знать, что с его уходом мир не исчезнет, а будет существовать и становиться тем лучше, чем больше сделал он сам, человек, для его гармонии, справедливости и красоты.

«Что такое счастье? Соучастье

в добрых человеческих делах,

в жарком вздохе разделённой страсти,

в жарком хлебе, собранном в полях».

Эти строки принадлежат поэту Н. Асееву. В них афористически выражено то, чего нет в словарях, толкующих слово «счастье»: сча стье — это сопричастность чему-то большему, чем ты сам (ведь «счастье», «часть», «участвовать» — родственные слова!), соприча стность созиданию добра и красоты на земле.

Поистине «самый счастливый человек тот, кто даёт счастье наибольшему числу людей» (Д. Дидро).