Поэзия Ф. Тютчева принадлежит к лучшим созда­ниям русского поэтического гения. Нам близок этот поэт, вдохновенный созерцатель природы, нашедший свои неповторимые краски, чтобы запечатлеть ее кра­соту. Некогда Фет относил Тютчева к «величайшим лирикам на земле». В ту пору это суждение могло ка­заться преувеличенным. Но прошли годы, и теперь уже имя Тютчева среди величайших лириков мира утверждено незыблемо. Особенность поэзии Тютчева в том, что явления природы и переживания челове­ка раскрываются в единстве борющихся противопо­ложностей. Это придает лирике Тютчева богатство со­держания и философскую глубину.

Поэт-философ Тютчев был в тоже время подлин­ным поэтом-художником, мастером стихотворной формы, автором непревзойденных пейзажей в стихах и тонким психологом. Пластичность образов, све­жесть и точность определений отличают лирику Тют­чева уже раннего периода. Образы природы обычно со­ответствуют переживаниям человека в поэзии раннего периода. У зрелого Тютчева этот прием встречается значительно реже, уступая место непосредственному впечатлению от картин природы; наряду с этим уси­ливается внимание поэта к конкретным деталям. Сквозной мотив лирики Тютчева — одушевленность природы. Так, например, в стихотворении «Осенний вечер» поэт сравнивает увядание природы с человече­скими переживаниями. Природа наделена способнос­тью переживать, страдать, улыбаться стыдливо, так как является «существом разумным»:

И, как предчувствие сходящих бурь,

Порывистый, холодный ветр порою,

Ущерб, изнеможенье — и на всем

Та кроткая улыбка увяданья,

Что в существе разумном мы зовем

Божественной стыдливостью страданья.

В другом стихотворении Тютчева — «Весенние во­ды» — ручьи — предвестники весны — одушевлены, они не просто радостно бегут, но при этом и «гласят» о том, что приближается весна. Весна также предста­вляется живым существом, более того, в сознании читателя возникает образ весны как молодой девуш­ки, окруженной хороводом майских дней:

Они гласят во все концы:

«Весна идет, весна идет,

Мы молодой весны гонцы,

Она нас выслала вперед!

Весна идет, весна идет,

И тихих, теплых майских дней

Румяный, светлый хоровод

Толпится весело за ней!..»

Пробуждающаяся весенняя природа обладала чу­додейственным свойством заглушать беспокойство, умиротворять тревожную душу поэта. Могущество весны объясняется полным забвением бывшего и гря­дущего паспада, ее торжеством над прошедшим и бу­дущим:

И страх кончины неизбежной

Не свеет с древа ни листа:

Их жизнь, как океан безбрежный,

Вся в настоящем разлита.

Воспевая весеннюю природу, Тютчев неизменно радуется редкой возможности ощутить полноту жиз­ни, не омраченной предвестниками гибели («Не встретишь мертвого листа»), — с великой отрадой целиком отдаваться настоящему моменту, причаст­ности «жизни божески-всемирной». Порой и осенью поэту чудится дыхание весны.

На тютчевских лирических пейзажах лежит осо­бенная печать, отражающая свойства его собствен­ной душевной и физической природы — хрупкой и болезненной. Его образы и эпитеты часто неожи­данны, непривычны и на редкость впечатляющи. Так, в некоторых стихотворениях ветви деревьев он характеризует как «докучные», земля у него «при­нахмурилась», звезды беседуют друг с другом «тихо­молком», природа улыбается «немощно и хило» и т. п. «Вечный строй» природы то восхищает поэта, то вызывает его уныние.

Природа знать не знает о былом,

Ей чужды наши призрачные годы,

И перед ней мы смутно сознаем

Себя самих — лишь грезою природы…

Природа и человек у Тютчева связаны неразрыв­но. И это неудивительно — человек является созда­нием природы. Стихотворные строки поэта показы­вают, что настроения лирического героя находят отклик в природе.