«Бедные люди». В своем гениальном романе Федор Достоевский изобразил людей, униженных, задавленных тяжелей­шими условиями жизни. Но, невзирая на все тяготы бытия, эти люди сохранили в себе человечность, чув­ство собственного достоинства, чести. Как бы трудно им ни приходилось, они не становились на путь лжи, подлости, бесчестия.

История семьи Мармеладовых — это своего рода роман в романе. Достоевский иллюстрирует ею губи­тельное влияние громадного бездушного города, в котором, как в джунглях, способны выжить только самые сильные (в контексте романа к таковым отно­сятся безнравственные, лживые, хитрые, цепкие лю­дишки).

Сам порок пьянство — Мармеладова объясняется безмерностью его несчастий, сознанием обездоленнос­ти, приниженности, которые приносит ему нищета.

“Милостивый государь, — начал он почти с тор­жественностью, — бедность не порок, это истина. Знаю я, что и пьянство не добродетель, и это тем паче. Но нищета, милостивый государь, нищета — порок. В бедности вы еще сохраняете свое благородство врожденных чувств, в нищете же — никогда и ник­то” .

Мармеладов — человек, которому «некуда идти». Он все дальше катится вниз, но и в падении он сохра­нил лучшие человеческие порывы, способность силь­но чувствовать. По словам Д. И. Писарева, «ему не изменила естественная деликатность и чуткость глу­боко нежного характера».

Последнее душевное движение Мармеладова — это мольба к Катерине Ивановне и Соне о прощении. Да, действительно, всю жизнь Катерина Ивановна ищет, чем и как прокормить своих детей, она терпит нужду и лишения. Нужда, нищета давят семью Мар­меладова, доводят Катерину Ивановну до чахотки, но в ней живет чувство собственного достоинства. Сам Достоевский говорит о ней: «А Катерина Ива­новна была сверх того и не из забитых, ее можно бы­ло совсем убить обстоятельствами, но забить ее нрав­ственно, то есть запугать и подчинить себе ее волю нельзя было».

Рядом с чувством самоуважения в душе Катерины Ивановны живет другое большое чувство — доброта. Она старается оправдать своего мужа, говоря: «Вооб­разите, Родион Романович, в кармане у него прянич­ного петушка нашла: мертво-пьяный идет, а про де­тей помнит». Она, крепко прижимая Соню, как будто грудью хочет защитить ее от обвинений Лужи­на, говорит: «Соня! Соня! Я не верю!» В поисках спра­ведливости Катерина Ивановна выбегает на улицу. Она понимает, что после смерти мужа дети обречены на голодную смерть, что судьба немилостива к ним.

Глубоко трагична сцена смерти бедной женщины. Слова, с которыми она умирает, («уездили клячу», «на­дорвалась»), перекликаются с образом замученной, забитой до смерти клячи, которая когда-то присни­лась Раскольникову.

Образ надорвавшейся лошади у Ф. М. Достоевско­го, стихотворение Н. А. Некрасова об избиваемой кляче, сказкаМ. С. Салтыкова-Щедрина «Коняга» — это обобщенный, трагический образ замученных жизнью людей. В лице Катерины Ивановны запечат­лен трагический образ горя. Этот образ заключает в себе огромную силу протеста. Он встает в ряд веч­ных образов мировой литературы.