Авторская позиция и средства  выражения. В течение всей жизни интерес Пушкина к истории не иссякал, он изучал труды, посвященные различным се периодам: от античной эпо­хи до современного поэту правления Николая I. Эти исследования на­шли свое отражение во многих стихотворениях, таких как «Лицинию», «Стансы», «Пир Петра Великого»; им была создана историческая драма «Борис Годунов», он начал работу и над более крупным, прозаическим произведением «Арап Петра Великого», из-под его пера вышел значи­тельный труд — исследование «История пугачевского бунта», впослед­ствии переименованное в «Историю Пугачева».

На стыке 20—30-х годов ХГХ в. русское образованное общество было увлечено чтением романов Вальтера Скотта, следствием чего стало по­явление первых русских романов в духе В. Скотта. В 1836 г., в некото­рой степени оздавая дань моде, написал свой роман и Пушкин. Легко можно заметить сходство образов, ситуаций, описанных русским и анг­лийским авторами: центральный в произведениях является любовная история, существует «треугольник», в котором благородному герою (чер­ты характера также заимствованы Пушкиным у В. Скотта) противосто­ит некий «злодей»; главный герой теряет свою возлюбленную, но в конце произведения происходит их счастливая встреча; иерархия образов тоже аналогична: главные герои являются вымышленными, а исторические лица появляются редко, выполняют функции раскрытия характеров главных героев и сюжетообразующую.

С другой стороны, несмотря на внешнюю «копированностъ» «Капи­танской дочки», этот роман превзошел романы В. Скотта, которые в наше время рассматриваются в качестве детских произведений, и оста­ется предназначенным для «взрослого», серьезного чтения.

Заметным отличием было и то, что роман написан в форме мему­аров. Надев маску «издателя», Пушкин тем самым подчеркнул мини­мальность своей причастности к роману. Но глубокое изучение про­изведения позволяет читателю увидеть в нем и авторскую позицию. Казалось бы, воспоминания Петра Андреевича Гринева о своей мо­лодости, на которую пришлось такое историческое событие, как вос­стание Пугачева, — как может автор выразить свое мнение? Однако пушкинская позиция проявилась в том, что он выбрал именно этот период, в том, как описал бунт и его непосредственного участника, зачинщика — Емельяна Пугачева. Изображение предводителя вос­ставших подвергалось значительной метаморфозе со времени перво­го обращения Пушкина к этому событию — в «Истории Пугачева». Произведение поражает изобилием кровавых сцен расправы с отка­завшимися присягнуть новоиспеченному царю. В «Капитанской доч­ке» они присутствуют, но не в таком количестве, Пушкин сознатель­но «забывает» о них, ставя целью изображение его положительных ка­честв. В романе Пугачев с легкой руки Пушкина предстает прообразом его идеала милостивого правителя — «человека на троне» (по выражению Державина). Пугачев — мужицкий царь, он обладает властью, но пользуется ей мудро. Можно сказать, он благороден, для него существует чувство долга: он помнит совершенное по отноше­нию к нему добро и не может не отплатить тем же (в ситуации с Гри­невым: юноша пожаловал Пугачеву — тогда еще безымянному бродя- ге-вожатому — заячий тулуп, и тот в благодарность сохранит ему жизнь). Кроме того, «злодей» способен и к простому человеческому пониманию, сочувствию — Гринев обращается к нему с просьбой выручить из беды невесту — Машу Миронову. Пушкин красочно изобразил реакцию Пугачева: девушка-сирота в руках злодея?! Недо­пустимо! Нужно обязательно ее вызволить! Предводитель ценит ис­кренность, и даже известие о том, что ему солгали и Марья Иванов­на — вовсе не племянница попадьи, не вызывает его гнева: Гринев объяснил ситуацию, кПуш&в нашел его действия правильными. Как не назвать такого человека благородным? Довершает картину «поло­жительности» Пугачева сказка, рассказанная им в XI главе. «Чем три­ста лет питаться падалью, лучше раз напиться живой кровью…», — эти слова заставляют читателя создать в своем воображении новый,    образ самозванца. Пушкин сравнивает Пугачева с орлом. а орел всегда был для него символом свободы, могущества и примеру, в стихотворениях «Узник», «Пророк», «Поэт», в незавершонной поэме «Езерский») — таким образом, рассказывая эту сказку Пугачев проповедует заключенную в ней идею яркой вольной жизни приобретает уважение и, в некоторой степени, восхищение читателя, становится немного загадочным.

Подобная ситуация и с Екатериной II. Императрица, по закону обязана заключить Гринева в тюрьму за измену присяге (юноша долгое время находился в стане бунтовщиков и по неясной ей причине не был \ убит их лаварем), вняла объяснениям Маши Мироновой и освободила его из под стражи.

Изображение в таком свете власть имущих — императрицы и мужицкого царя — указывает на позицию автора по отношению к тому, какими они должны быть.

Пушкин неоднократно подчеркивает важность чувства долга и чести, причем не только в правителе, но и в каждом человеке. Авторская точка зрения может быть прослежена по ситуациям, в которые попада­ют его герои и где им приходится решать серьезные нравственные воп­росы, и по решениям, которые они выбирают. Примером следования принципам чести и долга служит Гринев. Именно он всегда делает пра­вильный, по мнению автора, выбор: предпочитает бесчестной жизни честную смерть; он между долгом офицера и долгом благородного чело­века выбирает последнее, презирая формальное отношение к людям оренбургского генерала, отказавшего ему в помощи; наконец, честь не­весты для него важнее его собственной. Гринев за свой выбор неоднок­ратно ставил под угрозу свою жизнь или честь, но Пушкин не дал ему умереть или опозориться, тем самым подчеркнув правильность его дей­ствий. Пушкин выражает свою позицию косвенно, через создание образа честного человека.

Таким образом, в «Капитанская дочка» – произведении, где, на пер­вый взгляд, присутствие автора ничем не выражено и сам он максималь­но отдаляет себя от какого-либо участия в сюжете, — взгляд Пушкина на некоторые вопросы все же можно увидеть в исторических событиях, выбранных для изображения, в том, какие проблемы приходится решать героям и как они это делают. Каждое произведение Пушкина содержит хотя бы маленькую частицу его самого — либо он сам является героем, либо герою принадлежат некоторые черты автора, либо он незримо при­сутствует, оценивая поступки, характеры героев; «Капитанская дочка» не является исключением.